Главная причина летней катастрофы 1942 года все та же — самоуверенность советских «опытных и прозорливых» генералов

К исходу 19 июля главные силы Южного фронта отошли на рубеж Синегорский, Зверево, Дьяково.
20 июля 1-я танковая армия, с боями форсировав Северский Донец, нанесла удар из района юго-восточнее Каменск-Шахтинский на Новочеркасск. Через сутки из района севернее Таганрога в наступление перешел 57-й танковый корпус генерала Кирхнера. 23 июля соединения Клейста ворвались в Ростов, но «котел» не получился. Войска Малиновского отступили — бежали на левый берег Дона («Часть войск Южного фронта; идя за паникерами, оставила Ростов и Новочеркасск без серьезного сопротивления и без приказа Москвы, покрыв свои знамена позором»), а немцы захватили на этом берегу ряд плацдармов. Армия Гота на Ростов не поворачивала, а осталась на плацдармах, занятых на южном берегу Дона у Константиновской и Николаевской. [284]
28 июля Южный фронт был расформирован.
В результате разгрома Юго-Западного и Южного фронтов к середине июля стратегический рубеж советских войск на юге оказался прорванным на глубину 150-400 км, что позволяло противнику развернуть наступление в большой излучине Дона на Сталинград. Немцам удалось захватить Донбасс, Ростов и овладеть рядом плацдармов на левом берегу Дона. Советские войска избежали окружений, подобных киевскому или харьковскому, но понесли тяжелые потери: 568347 бойцов и офицеров (почти по 3 дивизии ежесуточно), в том числе около 80 тыс. пленными, 2436 танков, 13716 орудий и минометов, 783 боевых самолета, почти полмиллиона единиц стрелкового оружия. Потери вермахта за месяц боев на всем Восточном фронте составили 91400 человек, из них убитыми и пропавшими без вести — чуть более 19 тыс.

* * *

Главная причина летней катастрофы 1942 года все та же — самоуверенность советских «опытных и прозорливых» генералов и неумение воевать ни «на земле», ни «в небесах», ни «на море». «Гитлеровские генштабисты» в очередной раз переиграли сталинских, а «опытный» Паулюс разбил «неопытных» Тимошенко, Москаленко и Рябышева. Сталин однажды сказал, что немецкая стратегия «дефективна, так как она, как правило, недооценивает сил и возможностей противника и переоценивает свои силы».
Верховный как в зеркало смотрелся.
Маршал Рокоссовский единственный, кто прямо, безо всяких оговорок указал на безграмотность, продемонстрированную советским командованием