Часть 1. Форпост в степи.
История образования Каинска – типичная история сибирского поселения. Однако что значит «типичная история» для Сибири? Давайте разбираться.
Население Российской империи с XVI перемещалось к Уралу и за Урал. Люди искали богатств, земель и свободы от притеснений. Шли они в сторону тех территорий, на которые претендовал хан Кучум. Столкновение было неизбежно, и в 1582 году казаки под предводительством Ермака заняли столицу Сибирского ханства – Сибирь, или Кашлык на Иртыше. Время серьезных столкновений началось. Москва посылает в Сибирь воевод с дружинами казаков и стрельцами. Постепенно на берегах сибирских рек, чаще в местах слияния с притоками, возникают поселения. Простейшим поселением было зимовье. Зимовья, расположенные в стратегически важных местах, превращались в остроги – так произошло с Усть-Кутским, Зашиверским острогами и Илимским городом. Об устройстве и значении острогов мы уже рассказывали (https://clck.ru/XaHiM, https://clck.ru/Yyrf6, https://clck.ru/Yyrh8). Однако что такое город в представлениях первопоселенцев тех времен, многие не знают.
Наиболее распространенной формой плана были четырехугольник и круг. Вокруг в землю вкапывали частокол из лесин и скрепляли изнутри нестрогаными досками. На углах ставили обыкновенные бревенчатые избы, совмещая две функции сооружения – жилую и оборонительную.
«Понятие о городе как о жилом месте и об укреплениях, его ограждавших, совершенно сливались между собой… город не мог быть без оборонительной ограды, с уничтожением ее он терял значение и самоё название города… с другой стороны, сооружая одну из вышеупомянутых оград на месте ненаселенном, в видах собственно обороны какого-либо пункта, всегда придавали ему независимо от гарнизона поселение, которое давало этому пункту жизнь, а вместе с тем и значение города в гражданском быте государства…»
(Ласковский. Материалы для истории инженерного дела в России. Ч. 1. СПб., 1858.)
Появляются дороги, соединяющие в сеть поселения. Из Тобольска через Тару в Омскую крепость вела гужевая дорога, по ней можно было уехать и дальше на восток. Пограничные отряды не могли обеспечить путешественникам и первопоселенцам защиту от нападений кочевников. И вот после сооружения линии крепостей на реке Иртыш в великой Барабинской степи в 1722 году были построены пасы (их позже стали называть форпостами). Усть-Тартасский при впадении реки Тартас в реку Омь, Убинский к юго-западу от Убинского озера и Каинский в среднем течении реки Оми, при впадении в нее речки Каинки. Гарнизоны форпостов состояли из служилых людей. В Каинский форпост был направлен гарнизон из Томска.
К 1733 году уже был проложен Московский тракт. Каинский форпост стал транзитным пунктом между Омском и Томском. Гарнизоны не только защищали местное татарское население от нападений степняков, они должны были сопровождать путников и обозы, следовавшие по тракту. Перевозка казенных грузов также обеспечивалась силами гарнизонов форпостов и острогов. Это была очень тяжелая обязанность, т.к. пространства между населенными пунктами были огромны, а корм для лошадей и место для отдыха получить было невозможно до прибытия в ближайшее русское поселение или острог.
Помимо прибытия служилых людей укрепление росло за счет переселенцев. Это были ямщики, переведенные сюда на службу, ссыльные преступники, беглые крестьяне, дворовые люди и крепостные крестьяне, отданные помещиками государству в зачет рекрутов. Разночинцы тоже несли различные мелкие повинности: платили в казну денежный и хлебный оброки, отвечали за состояние дорог, выполняли почтовую и ямскую гоньбу, сооружали дома для начальства и т.д.
В 1751 году в разросшемся Каинском форпосте была построена деревянная церковь. Она же была перенесена на другой берег речки Каинки, куда в 1755 году был переведен форпост по указу Томской Воеводской Канцелярии.
Поселенцы жили традиционными промыслами Барабинской степи. Некоторая часть жителей обслуживала извоз. Кустарное производство тоже было связано с извозом – бытовали каретное, столярное, медничное, скорняжное, башмачное дело.
Главным занятием русского населения края с самого начала было хлебопашество. Тяжелая работа воздавала сторицей, за исключением годов засухи и неурожая. Лучше всего родилась рожь, но сеяли также и пшеницу, овес, ячмень. Выращивали лен и коноплю. Хлеб поставляли для продажи вниз по Оби, на север – в Нарым, Сургут, Березов. Излишки хлеба вывозили в Томск, на заводы Демидова, в крепости на Иртыше.
Спутником земледелия являлось животноводство. Крестьяне содержали лошадей, коров, овец, свиней. Лошадь использовалась везде и всюду – на пахоте, на охоте, при личных поездках и при исполнении повинностей.
Томский историк Д. Н. Беликов писал, что «более 10 лошадей во дворе было самым обычным явлением» в обской деревне XVIII века.
На охоте добывали лисиц, белок, горностаев, диких уток и гусей. Степные озера были богаты рыбой, она была дешева и всегда в достатке.
В 1782 году поселение получило статус уездного города Каинска. До этого русское население Барабы входило в Тарский уезд. Новый уезд был очень велик, императрица Екатерина II пожаловала Каинску особый герб.
«В зеленом поле золотой бык в знак скотоводства на Барабинской степи».
В городе насчитывалось около 600 жителей, а в новом уезде было 4 церковных прихода, 3 села, 58 русских деревень и 87 татарских селений.
1. Миненко, Н. А. По старому Московскому тракту : о первых русских поселениях на территории Новосибирской области / Миненко Н. А. – Новосибирск : Новосибирское книжное издательство, 1990. – 183 с. : ил.
2. Гусаченко, В. Л., Матвеева Л. Л., Тимяшевская Л. В. Каинск исторический / Вероника Львовна Гусаченко, Лориана Леонидовна Матвеева, Лариса Валентиновна Тимяшевская. – Новосибирск: НПЦ по сохранению историко-культурного наследия при администрации Новосибирской области ; Сибирская издательская фирма РАН «Наука», 1995. – 79 с. : ил.
3. Резун, Д. Я. Летопись сибирских городов / Д. Я. Резун, Р. С. Василевский ; художник А. А. Заплавный. – Новосибирск : Новосибирское книжное издательство, 1989. – 303, [1] с. : ил.
4. Щукин, М. Встречь солнцу. Рассказы об истории Сибири / Михаил Щукин. – Новосибирск: издательский дом «Сибирская горница», 2005. – 215 с. : ил.