Начиналась новая неделя, а проблема у меня была старая, и рассасываться она не собиралась. В воскресенье вечером я в очередной раз горевала. Купила папу бутылок "Медвежьей крови", и тихо выла от отчаяния. Пила я втихушку в собственной комнате, закрыв шторы и выключив свет. Мать где то носилась по подругам и приятельницам , и я не хотела, чтобы припёрся Витька, и опять полез с нежностями. В таком настроении надо было не обниматься, а заливать свое горе. Что я в принципе и делала.
В пьяную голову иногда лезут здравые мысли. Видимо такая мысль пришла и ко мне, поэтому я решила завтра просто сходить в медпункт мясокомбината и спросить, что делать. А то за это время я спросила совета у всех, но в этой компании не было ни одного медика. Полтора литра сухого вина пошли мне на пользу, и я тихо передвигалась к постели. Тут я вспомнила, что надо выпить биссекурина по схеме. В бутылке как раз осталось немного вина, я вылила его в стакан, вытащила все таблетки, их было ещё до фига. И вдруг меня осенила идея!
Я выколупала все таблетки из блистера, получилась горсть с верхом. И конечно не за один приём, но я выпила их все. Мне на пьяную голову показалось, что это должно стрельнуть. Я представляла как они взорвуться в моем организме и вынесут из него все лишнее. Таблетки провалились в желудок, вино ударило в голову, я помнила , что завтра рабочий день, и с чувством выполненного долга убрала последствия своего банкета, умылась, расстелила постельку и легла спать. Заснула я мгновенно.
Утром по пути в цех, я забежала в медпункт, и спросила, можно ли придти в обед. Мне назначили время, и я пошла работать. Говорят с утра мозг работает по другому, и весь негатив остаётся на тёмное время суток. Поэтому настроение у меня было более менее, настрой боевой, и я пошла таскать шкурки. Под трубой уже стояла Светка с немым вопросом на лице. Я ей рассказала, что ничего не изменилось, и что в обед пойду к врачу. Светка согласилась с моим решением. Начался трудовой день, который был таким же, как все остальные.
До обеда все было как всегда. А когда мы со Светой скинули фартуки и перчатки, в поясницу мою вонзился огромный кинжал. Вонзился с такой силой, что я присела. Светка все сразу поняла по моему лицу и позе. Она откуда то из закромов родины вытащила огромный кусок марли, всучила мне, и увела меня на деревянный диван, который стоял в темном углу цеха. "Побудь пока здесь, ляг на спину, я сейчас притащу тебе обед, и будем думать, что делать дальше,"- сказала она и скрылась с глаз.
Лежать на диване я конечно не могла. Боль была очень резкой, поясница горела. Я выключила в цеху свет и просто легла на холодный бетонный пол, он оттягивал жар с поясницы. Так на полу я провалялась минут сорок. Боль то отпускала, то начиналась с новой силой. Имея теперешний опыт, я бы сказала , что это схватки. А тогда я просто терпела, и молилась, чтобы все это быстрее закончилось. Меня то закручивало в спираль, то отпускало. Я то каталась по полу, то старалась забраться на диван, но боль опять пронзала мою поясницу и низ живота.
Было конечно очень больно. Но как радовалась моя душа! Все, осталось потерпеть ещё немного, и все закончится. И боль, и переживания, и вся остальная гадость. Терпи Галя, ты не то в своей жизни видела.