Привет! Меня зовут Виктор, я алкоголик.
Я родился в г. Станислав, в 1956 году, когда память о Великой войне была еще очень свежа, а люди, которые ее пережили, искренне радовались ее окончанию. Свое детство я помню очень хорошо. Помню, что родители умели дружить и праздновать разные события, а нам маленьким детям, очень хотелось быть на них похожими. Не знаю почему, но мне в то время хотелось поскорее стать взрослым и иметь возможность попробовать запрещенных напитков. Почему-то мне казалось, что напитки – особый дар, который кажется избранным людям за добрые дела, для радости и утешения. Поэтому, подсознательно, а может, копируя поведение взрослых, я искал возможности попробовать этот запретный плод. И такой случай я получил на очередном празднике, когда отец за мое выступление, а я читал стихи, дал мне отведать немного пива. Его вкус мне совсем не понравился, лимонад был гораздо вкуснее. И судьба дала мне другие возможности попробовать сладкую домашнюю наливку, и даже домашнее вино. Эти напитки были гораздо более интересны и привлекательны. Так или иначе, но в свои шесть лет я уже имел опыт употребления различных спиртных напитков, хоть и в небольших дозах, а еще я очень хорошо научился жить табак в любом виде. Мы с ребятами даже научились скручивать сигареты самостоятельно. Меня и сейчас эти умения иногда поражают. Но продолжалось это недолго. Как-то мать принесла домой новенькую школьную форму и попросила примерить. Форма была не проста, а форма ученика железнодорожной школы: черные брюки, черный китель с двумя рядами медных пуговиц, черная фуражная с кокардой и черный ремень с медной пряжкой. На всех медных деталях одежды была эмблема железнодорожной службы. Когда я ее надел, мне почему-то стало стыдно за свое тайное курение и попойку. Тогда, я еще подумал, как я пойду в первых класс, к незнакомым мне детям, а от меня будет вонять табаком и алкоголем. После проведенного самоанализа, я впервые решил покинуть эти гибельные привычки, и тогда удалось сделать это легко. Я, принципиально, не возвращался к прошлому образу жизни в седьмой класс, до того момента, когда на перерывах между уроками мы пробовали выяснить, кто из нас круче. Тогда я проявил себя во «всей красоте». Я мог курить в затяжку, а после уроков легко глотнуть из бутылки несколько глотков «чернил». Этим заслужил серьезный авторитет среди других неудачников, меня стали уважать и просить советов. Я начал учить начинающих, и меня это очень радовало. Жизнь приобретала незабываемые цвета и манила неизвестными приключениями. Тогда, я активно начал узнавать алкогольные напитки по цвету и вкусу, по градусу и продолжительности эйфории. У меня не было друзей среди сверстников, я водился с ребятами старше меня на 3-4 года. С ними было поинтереснее. Что меня до сих пор искренне удивляет, так это то, что взрослые потакали употреблению алкоголя. Я в свои тринадцать лет свободно покупал серьезные алкогольные напитки не только в своем городе, но и в Ленинграде, или в Киеве у стадиона «Динамо». Свободно покупал и публично употреблял алкоголь в людных местах, не скрываясь, и ничего ненормального в этих поступках не видел. Да, я хорошо учился, успешно занимался спортом, ходил в походы с ребятами, но алкоголь всегда был рядом. В десятом классе мы уже не очень и скрывали свое умение к попойке. На школьных плясках, как правило, были под влиянием алкоголя, а иногда выпивали и на перерывах между уроками. И это не считалось каким-то героизмом или вызовом системе, а было вполне обычным действием, под настроение. Праздничная попойка стала обычным делом. Она не осуждалась, а была как атрибутом и законом подобных событий. Мы были молодые, спортивные и амбициозные. Строили планы на будущее, и нам очень хотелось поскорее стать взрослыми. Между собой называли себя обычными пьяницами и часто говорили, тем кто злоупотреблял и попадал на лечение в наркологию – «алкоголики нам не друзья». Казалось, что эта «чаша» обойдет нас, что этого никогда не случится со мной.
Проходило время, менялись события, менялся и я. Окончил институт, получил работу на заводе, женился, родились дети. И вроде бы все было так, как и у всех. Была работа, были праздники, компании и безусловное употребление алкоголя. Я жил, как все и делал, потому что делают все. Жизнь при Советской власти была регламентирована, все шло одно за другим от рождения до старости, и в этом течении событий употребление алкоголя тоже подлежало определенному узаконенному действу. Правда, меня иногда беспокоило такое мнение: «Почему в государстве можно было свободно покупать алкоголь, употреблять его в разных заведениях, но если был пьян, шатался мог попасть в серьезную передрягу. При попадании в медвытрезвитель, подвигали в очереди на квартиру, лишали премии, а то и работы». Поэтому, при всех своих пьянках приходилось выполнять две несовместимые задачи: надо было изрядно выпить и повеселиться, а с другой стороны, нужно было ни на миг не терять контроль над ситуацией, то есть всегда быть в адекватном состоянии. Это невероятно напрягало, а работа небольшим начальником над небольшим коллективом подчиненных не давала возможности похмеляться и выглядеть несвежим. Поэтому долгое время я планировал застолье на субботу, чтобы за воскресенье иметь возможность отоспаться и нормально пойти на работу. Но так не могло продолжаться долго. Двигался Советский Союз, развалился мой брак, «умер» мой завод и пришлось приспосабливаться к новым обстоятельствам жизни. чтобы воскресенье иметь возможность отоспаться и нормально пойти на работу. Но так не могло продолжаться долго. Двигался Советский Союз, развалился мой брак, «умер» мой завод и пришлось приспосабливаться к новым обстоятельствам жизни. чтобы в воскресенье иметь возможность отоспаться и нормально пойти на работу. Но так не могло продолжаться долго. Двигался Советский Союз, развалился мой брак, «умер» мой завод и пришлось приспосабливаться к новым обстоятельствам жизни.
Мне предложили работу заместителя главного врача Областного патологоанатомического бюро с «живой» зарплатой, и я согласился. Вживаться в новый коллектив было сложно. Я, принципиально, не позволял употреблять алкоголь в рабочее время, поэтому, в начале моей новой деятельности, люди воспринимали меня очень настороженно. Мне и самому, поначалу было неприятно наблюдать за ежедневно пьяными врачами и санитарами морга, но, как говорится: «В чужой монастырь со своими порядками не лезь». Раскрыли, рассекретили меня на праздновании медика. Все увидели, что я не только пью, много пью, но могу долго и хорошо держаться. Меня приняли в коллектив и перестали бояться. Ибо трезвенник воспринимался в коллективе как потенциальный стукач. Теперь главный врач мог свободно призывать в свой кабинет и предложить разные, редкие напитки. Утром я мог зайти к санитарам и похмелиться. То есть жизнь становилась на свои отлаженные алкогольные рельсы. А когда сократили мою должность заместителя, я перешел в ночные санитары, и вместе с этим переходом упали последние осторожные барьеры между мной и алкоголем. Я часто в своей пьяной компании шутил, что теперь мне уже нечего бояться и терять, потому что следящей работой будет разве что работа сторожа на кладбище. Вот тут и началось мое падение на дно алкогольной пропасти или углубленное познание губительного действия алкоголя. Я пил многое и без особого разбора. Меня постоянно окружали стаи пьяниц, потому что были левые деньги и прямые алкогольные взятки. Тем не менее, я старался сразу не сдавать все позиции перед силой алкоголя. Я пил запоями, несколько дневными запоями, но всегда делал перерывы между употреблением. Алкоголь убивал меня, вводил в деградацию, и я это хорошо понимал. Я сопротивлялся, иногда казалось, что все висит на тоненьком волоске. Несколько раз отравлялся метилом – откопали. Два раза мог утонуть, дважды засыпал на рельсах, дважды испытывали мой череп на крепость – кто спас. Намеревался не пить, но не знал, как это сделать. А тут почему-то начали появляться мысли о смерти. Я уже готов был умереть, но сдерживала какая-то неестественность этого явления. Вот я возьму и умру, а останутся маленькие дети и родители – все это как-то неестественно. Болезнь углублялась, и как я не старался ее контролировать, она все больше брала верх над моей естественной осторожностью. Достаточно было употребить дозу алкоголя, как все мои принципы и естественная осторожность куда-то пропадала. Мгновенно возникало мнение: «Хорошо, сегодняшний день уже и так пропал. Теперь можно пить. А дальше будет видно, что с этим всем делать». Начали появляться провалы в памяти, я чаще входил в запой, и все тяжелее выходил из него. Несколько раз меня обворовывали алкогольные «друзья». Я уединился. Было безопаснее и спокойнее употреблять алкоголь наедине. Мне, в моей пьянке, больше не нужна была компания. Я больше не хотел рисковать с непонятными, фальсифицированными напитками, поэтому перешел на чистый медицинский спирт, который покупал у своих знакомых в больничной аптеке. Сам его разводил и употреблял наедине со своими мыслями и чувствами. Меня уже больше не интересовал цвет, запах и вкус алкогольных напитков, а его градус. И чем больше градус – тем лучше. Постепенно превращался в зомби, в алкогольного зомби. На семейных праздниках имитировал контроль за попойкой, при этом, заранее планировал где и как буду «догоняться», до определенного состояния, но должен был это делать так, чтобы родные не видели и не подозревали о моем алкоголизме. Дни шли за днями, годы пролетали по годам, но в жизни ничего не менялось. Это было состояние мрака и ужасной затяжной депрессии или жизни в сплошных серых буднях. Все чаще я пил «мрачно», или «по-черному», с чувством какого-то безысходности и безнадежности. В моей жизни исчезла радость, я ее имитировал перед другими людьми, потому что так было принято. Я старался имитировать нормальное состояние жизни, а сам находился в бесконечном кругу страданий и жалости к самому себе. И самое интересное, что алкогольный бог мне в этом помогал, выручал в самых невероятных ситуациях. Помню, однажды проснулся в пять утра от непонятного чувства тревоги. Проверил положение вещей: денег нет, водки нет и вообще ничего хорошего нет. Это был третий день запоя. Брюсь, одеваюсь в чистую и хорошо выглаженную одежду. Время течет очень медленно. Меня, даже не тошнит и не трясет, но состояние какое-то раньше незнакомое. Я чувствую себя как хрупкий хрусталь – ударишь, разлечусь или разрушусь на маленькие хрустальные обломки. В голове крутится постоянная навязчивая мысль: «Не выпью – умру… не выпью – умру…». Лето, восходящее Солнце, щебечут в парке птички, но меня ничто не радует. Меня не покидает навязчивое мнение: «Не выпью – умру…». Вдруг вижу, что на совершенно безлюдной улице появляется одинокая человеческая фигура. Она постепенно приближается и превращается в моего давнего знакомого. Он спрашивает, что я здесь делаю в такое утреннее время. Я честно ему говорю, что мне нужно выпить, но у меня нет денег. Он приносит извинения, что не может поддержать мою компанию, потому что идет в воинскую часть поднимать роту солдат, но дает деньги. Теперь у меня есть деньги, но вдруг возникают противоречивые мнения. Я, думаю: «А может не пить? Потому что я уже вхожу в сильную зависимость от алкоголя. В своеобразный заколдованный круг, из которого уже никогда не будет выхода». Дилемма – новейший Гамлет. Пить или не пить – вот в чем вопрос?! Но ноги между тем, сами по себе, ведут на точку, где круглосуточно наливают и даже дают немного закусить. Выпиваю, закусываю, выхожу на улицу и сажусь на скамеечку в скверике. Проходят трудные минуты ожидания чуда. И, наконец, дзинь-дилинь, чувствую как в голове ласково звенят легкие колокольчики. Постепенно голова освобождается от тисков стрессовой боли, появляется легкость, кровь шумит по жилам, и в этот момент я четко отдаю себе отчет, что это мое временное спасение и мой безусловный конец, что больше я не смогу сам себя обманывать мыслью: «Я самостоятельный человек – могу пить, а могу не пить». С этого момента, я больше не могу не пить, потому что я уже перешел ту тонкую грань между пьяницей и алкоголиком. Обратно возврата уже нет! В моей личной жизни сработал Закон диалектики, когда количество употребленного алкоголя перешло в новое информационное качество – болезнь алкоголизм.
В тот раз я спасся. Постепенно вышел из запоя, но мысли о безысходности течения жизни все равно не покидали меня не на мгновение. Дни шли за днями, запои повторялись с неотвратимой, постоянной очередностью. Правда, промежутки трезвой жизни становились все меньше и меньше. Из одних запоев выходил легко, почти без потерь, и тогда появлялась счастливая мысль: «А может со мной все в порядке?!, может, это я сам себе чего-то лишнего придумывал?». Но другие запои открывали путь к алкогольному безумию. Тогда, я, с красными, безумными глазами носился по городу в поисках алкоголя, потому что нуждался в дозе алкоголя каждые два часа. И, казалось, этому не будет остановки.
Но пришел тот выдающийся день, когда судьба моей борьбы с алкогольной зависимостью вышла на новый уровень. Как-то в очередной трезвый промежуток между запоями я шел по безлюдной, вечерней улице. Сам того не понимая, импульсивно поднял глаза к серому небу, и сказал: «Боже, если Ты действительно на небе, услышь меня, сделай что-то со мной, ибо я уже руководил своей жизнью, зашел в тупик и не вижу из него выхода ». Потом, я еще что-то говорил, но мне стало противно и стыдно за свою мгновенную слабость. Тогда я еще подумал: «Та, кто я такой, чтобы Сам Господь Бог уделил мне внимание. Наверняка придется скоро умирать, потому что уже полностью потеряно содержание жизни». Да, я, – ошибался. Меня на небе услышали, и мое личное дело Ангел охранник принял к исполнению. Не прошло и месяца, после моего обращения к небесам за помощью, как я, вечером, на той же улице, в том же месте получил откровение и новые знания. Я был напуган и испуган, потому что совсем не надеялся на такую жесткую реакцию со стороны Высших Сил. Я, не надеялся на такое дословное исполнение моей импульсивной просьбы. Я считал себя слабым алкоголиком, жалел себя и надеялся на ласковую помощь. А здесь, напротив, было проявление жесткой силы. Несколько раз я попадал в ситуации, которые могли закончиться увечьем или смертью. И с каждым разом сила влияния на меня увеличивалось, увеличивалось и моральное давление, тогда я начал понимать, что следующая пьянка может стать для меня последней. Но понимание этих новых обстоятельств отнюдь не отвлекло меня от употребления алкоголя. Я продолжал употреблять алкоголь и мужественно страдать от последствий проявления его силы. Да, собственно, мощной алкогольной силы, которой тогда еще ничего не мог противопоставить. Прошло немного времени, и у меня состоялся диалог с представителем Высшей Силы. Как-то ночью просыпаюсь с неописуемым чувством тревоги. Включаю светильник и начинаю анализировать, что со мной происходит? На мой немой вопрос: «Что это со мной?», вдруг получаю отчетливый ответ, четко звучащий в моей голове – «Ты, больной! Ты зависим от воздействия алкоголя!». Меня почему-то не поражает сам факт возможности открытого диалога с представителем Высшей Силы, но бросает в обильный, холодный пот. Я, болезненно размышляю, что же теперь делать: «Может, бежать в больницу за уколами и таблетками, может идти к родителям и просить у них совета и помощи». И получаю шокирующий ответ: «Тебе все это не поможет!». Я, в отчаянии, по щекам текут слезы, в голове формируется новая мысль: «Неужели это конец. Неужели нет спасения». Но тут я слышу новый совет Ангела телохранителя, и звучит она просто: "Не пей". Накатывается новая волна отчаяния. Вся моя жизнь построена на употреблении алкоголя, а тут просто, возьми и не пей. А как это сделать?! А как можно жить и не употребить хотя бы каплю алкоголя по поводу очень важного в моей жизни события?! Тогда я вдруг слышу очередной совет от моего невидимого собеседника: «Есть путь к трезвости. Вскоре ты станешь на этот путь, и будет все с тобой хорошо». Мне стало легко; тепло разлилось по телу. И, с этим счастливым мнением я забыл во сне. Шло время, я по-инерции еще употреблял алкоголь, но это действо уже не доставляло былой радости. Потому что я четко отдавал себе отчет, что скоро все это прервется. Как-то пил целый день с друзьями, намеревался достичь временного забвения, освобождения от навязчивых мыслей. Но, этот момент эйфорического блаженства, что-то никак не наступал. Тогда я покинул компанию «по-английски». По дороге домой зашел в магазин и купил еще две бутылки водки. Сидел на кухне, курил сигареты и периодически перегибал рюмку за рюмкой. К концу первой бутылки, казалось, достигаю намеченной цели, что блаженство отключения сознания уже на подходе, и, вдруг, туман в голове рассеивался и наступало абсолютное отрезвление. Я снова начал методично заполнять себя водкой. И когда казалось, что цель уже достигнута, я снова вытрезвился. Я не поверил своим ощущениям, сунул палец в горло, там, в глотке, стояла водка. Я был заполнен ею под завязку. Помню, что был озадачен и глубоко разочарован тем, что со мной происходило. Мне было бесконечно вред бесцельно затраченного времени и средств. А еще, я был разочарован в водке. Она впервые обманула мои надежды и не оправдала моих ожиданий. Подсознательно, понимал,
Потом был последний, трехдневный крутой запой, из которого в памяти остались только первые часы начала питья. Когда я проснулся на третий день, немного пришел в себя, то подумал: «А, я, сегодня мог бы и не проснуться». Тогда еще раз убедился, что это уже конец всем моим соревнованиям с алкоголем, что больше я уже не буду иметь с ним дела.
В конце концов так и произошло. Через месяц, я попал на группу АА «Единство», где и началось мое отрезвление, выздоровление и оздоровление. Высшая Сила сдержала свои обещания, и сложными, а порой непостижимыми путями привела меня на действующую группу АА, когда там уже все было готово к моему приходу. А главнее, когда уже я был абсолютно готов принять новую реальность и альтернативу моей пьяной жизни. А потом, постепенно избавившись от казавшейся бесконечной депрессии, восстановилось физическое тело, начали заживать старые, заработанные по пьянке раны. Я неожиданно понял, что я личность. И, как личность, имею право на свою личную жизнь. Начал работать над собой, сделал дома ремонты, возобновил отношения с близкой и далекой родней. Сменил работу, вернулся на завод, стал еще большим руководителем, чем был. Я получил второй шанс на то, чтобы реализовать себя в профессиональном плане и выйти на плановую пенсию. Улучшил свое материальное положение. С тех пор я ни разу не был без денег. Я стал возвращать долги социума. Мир, от которого скрывался, снова стал меня интересовать. Начал заниматься общественной деятельностью, служить людям. Открылись новые возможности. И если последние пятнадцать лет алкогольного рабства не выпускали меня за пределы области, то теперь у меня появилась возможность путешествовать по разным городам Украины. Причем делал все это просто, и без лишних напряжений. Наконец полученные от Высшей Силы знания я начал воплощать в книги. Я занялся индивидуальным творчеством, и сейчас написал уже пять книг. Мир и покой объял мою душу. Духовность программы АА дала мне свои бесценные плоды. Улучшил свое материальное положение. С тех пор я ни разу не был без денег. Я стал возвращать долги социума. Мир, от которого скрывался, снова стал меня интересовать. Начал заниматься общественной деятельностью, служить людям. Открылись новые возможности. И если последние пятнадцать лет алкогольного рабства не выпускали меня за пределы области, то теперь у меня появилась возможность путешествовать по разным городам Украины. Причем делал все это просто, и без лишних напряжений. Наконец полученные от Высшей Силы знания я начал воплощать в книги. Я занялся индивидуальным творчеством, и сейчас написал уже пять книг. Мир и покой объял мою душу. Духовность программы АА дала мне свои бесценные плоды. Улучшил свое материальное положение. С тех пор я ни разу не был без денег. Я стал возвращать долги социума. Мир, от которого скрывался, снова стал меня интересовать. Начал заниматься общественной деятельностью, служить людям. Открылись новые возможности. И если последние пятнадцать лет алкогольного рабства не выпускали меня за пределы области, то теперь у меня появилась возможность путешествовать по разным городам Украины. Причем делал все это просто, и без лишних напряжений. Наконец полученные от Высшей Силы знания я начал воплощать в книги. Я занялся индивидуальным творчеством, и сейчас написал уже пять книг. Мир и покой объял мою душу. Духовность программы АА дала мне свои бесценные плоды. снова стал меня интересовать. Начал заниматься общественной деятельностью, служить людям. Открылись новые возможности. И если последние пятнадцать лет алкогольного рабства не выпускали меня за пределы области, то теперь у меня появилась возможность путешествовать по разным городам Украины. Причем делал все это просто, и без лишних напряжений. Наконец полученные от Высшей Силы знания я начал воплощать в книги. Я занялся индивидуальным творчеством, и сейчас написал уже пять книг. Мир и покой объял мою душу. Духовность программы АА дала мне свои бесценные плоды. снова стал меня интересовать. Начал заниматься общественной деятельностью, служить людям. Открылись новые возможности. И если последние пятнадцать лет алкогольного рабства не выпускали меня за пределы области, то теперь у меня появилась возможность путешествовать по разным городам Украины. Причем делал все это просто, и без лишних напряжений. Наконец полученные от Высшей Силы знания я начал воплощать в книги. Я занялся индивидуальным творчеством, и сейчас написал уже пять книг. Мир и покой объял мою душу. Духовность программы АА дала мне свои бесценные плоды. и без лишних напряжений. Наконец полученные от Высшей Силы знания я начал воплощать в книги. Я занялся индивидуальным творчеством, и сейчас написал уже пять книг. Мир и покой объял мою душу. Духовность программы АА дала мне свои бесценные плоды. и без лишних напряжений. Наконец полученные от Высшей Силы знания я начал воплощать в книги. Я занялся индивидуальным творчеством, и сейчас написал уже пять книг. Мир и покой объял мою душу. Духовность программы АА дала мне свои бесценные плоды.
На момент написания этой истории срок трезвости составляет тринадцать лет и восемь месяцев. Изменился я, изменился окружающий меня мир. И, в этом новом мире, для меня уже больше нет места страху, страданиям и жалости к самому себе. А сделанные в АА шаги вернули мне веру в Высшую Силу, веру в Бога и веру в то, что можно жить без алкоголя до самого конца своей физической жизни.