Профессия конструктора оружия очень интересная и достаточно редкая. Она была редкой всегда – и раньше, и сейчас, поэтому интересно узнать, как люди приходят в эту профессию, что их привлекает и как развивается их талант? Команда мобильного приложения оружейник.онлайн поговорила об этом с известным конструктором оружия Михаилом Драгуновым.
— Михаил Евгеньевич, как вы пришли в мир оружия?
— По моим наблюдениям, почти у любого мальчишки в возрасте примерно лет до 12-13 буквально горят глаза при виде оружия. Потом у кого-то глаза гореть перестают, а у другого этот интерес остается.
Меня отец начал приучать к оружию с самого раннего детства. В три года показывал свое ТОЗ-Б. Лет с 10ти брал меня на охоту на уток. В 1972 году я окончил машиностроительный факультет Ижевского механического института. В дипломе было записано «инженер-механик», специальность «Полигонные установки» (так зашифровывали нашу специальность «Стрелковое и артиллерийское оружие»).
На работу меня приняли в отдел главного конструктора «Ижмаша», в КБ-3, где я делал дипломный проект. В то время КБ-3 представляло собой уникальный по многим параметрам коллектив.
— По каким основным направлениям работал тогда КБ-3?
— Фактически коллектив КБ-3 работал по всему спектру НИОКР, чему способствовал, в первую очередь, его состав. Только представьте себе, в одном коллективе работали: Евгений Драгунов, Юрий Александров, Геннадий Никонов, Виктор Калашников, Евгений Попович. Такой сплав опыта и молодости! И вот в этот коллектив влился я, и буквально сразу получил задание: 5,45-мм ручной пулемет с комбинированной подачей (лента-магазин). Эта работа шла под флагом темы «Поплин», цель — повышение в 1,5 раза эффективности ручного пулемета (РПК-74).
— Какими для вас были «90-е»?
— В сентябре 1991 года перешел на Ижевский механический завод. В то время отдел главного конструктора мехзавода занялся подготовкой к серийному производству опытного образца пистолета-пулемета конструкции Е.Ф. Драгунова, разрабатывавшегося в начале 1970-х годов.
Конструктивная основа у ПП-71 была хорошая, но в процессе подготовки к серии испытаний выявились отдельные недоработки. Благодаря помощи коллег и продуктивному взаимодействию с Златоустовским машиностроительным заводом образец был подготовлен к серийному производству. В память о конструкторе его назвали «КЕДР» (Конструкция Евгения Драгунова). КЕДР стал самым массовым пистолетом-пулеметом МВД!
После передачи КЕДРа главный конструктор Александр Дорф переключил меня на аналитическую работу по отслеживанию мировых тенденций развития гражданского оружия, формированию прогнозов. Василий Чугуевский поставил в то время амбициозную задачу: занять все ниши оружейного рынка.
— Вы участвовали в разработке абсолютно новой модульной охотничьей винтовки?
— Моей последней работой стал проект магазинного карабина. Начали мы его в начале 2000-х, ещё при жизни Чугуевского. Первоначально мы хотели войти в нишу магазинных карабинов крупных калибров. Затем задача трансформировалась в карабин модульной конструкции, под гамму калибров, от 223 Ремингтон до «девяток» включительно. В 2006 году карабин приобрел тот вид, который уже было не стыдно показывать и давать в руки. Но до серии карабин, получивший обозначение МР-142К, так и не дошел. Было сделано в общей сложности 18 единиц.
— Почему 142-й так и не дошел до серии?
— Не касаясь организационных моментов, отмечу свои ошибки.
Первое, это «дерганье» с конструкцией посадки системы на ложу, скачки от цельной ложи к раздельной схеме «приклад-цевье» и обратно. Кроме того, так и не удалось окончательно довести «до ума» беддинг. Как следствие, стабильной кучности на уровне угловой минуты достичь не удалось. Отличная иллюстрация к одному из тезисов Евгения Федоровича Драгунова: «Успех прямо пропорционален количеству затраченного труда». Именно этого мне не хватило.
— Что главное в оружейном деле?
— Оружейное дело постигается «через руки», через тактильные ощущения. Подготовка специалиста-оружейника должна базироваться на детальном изучении матчасти, а ещё лучше — с привлечением практики в оружейном деле. Чем больше пропустишь через свои руки, через свой разум — тем больше шансы на успех в будущем.
Классический пример — Евгений Федорович Драгунов. Стрелок-спортсмен (начал в 14 лет), шестилетняя практика в качестве армейского оружейного мастера — вот то, что сформировало его как оружейника.
Но это не исключает необходимости фундаментального образования, основы инженерной эрудиции. Творческие способности не имеют однозначной корреляции с уровнем образования. Огромное значение играет предпроектная работа. Правильно сформулированная концепция — это уже половина успеха.
Но в одиночку успеха не добиться. Конструктор должен уметь продуктивно взаимодействовать с коллегами и со специалистами смежных направлений. За каждым великим образцом стрелкового оружия — завод. За АК и СВД — это Ижмаш, за пистолетом Макарова — Ижевский мехзавод.
Только вместе можно создать что-то по-настоящему великое…