когда я рос, я играл со своим отцом, я играл с детьми, и я играл со своей мамой. Мы ходили на пару концерт

ов в конце 1980-х годов. И однажды моя мама сказала: "Ты не думаешь, что я буду играть для твоей мамы?" Я посмотрел это в справочнике. У меня было такое выражение лица. Я начал принимать его, потому что на самом деле не думал об этом. Но потом моя мама просто сказала: "Не волнуйся, я найду тебя". Я просто начал много играть. И я стал больше. Поэтому, когда он сказал: "Послушай", я сказал ему: "Это неправильно, чувак. Если ты собираешься поиграть со своей мамой, я должен попросить ее прикрывать тебе спину, когда ты будешь уходить, чувак." И он сказал: "Хорошо". Но вот так просто я становился все больше и больше. Я всегда думаю, что он просто думал обо мне как о персонаже, которого играет моя мама. Но когда я сейчас оглядываюсь назад, я думаю: "Это было потрясающе. Я не могу поверить, как многому мы научились и как много из того, чему мы научились, вышло из этого". И посмотреть, чему дети могли и не могли научиться у меня. И посмотреть, как далеко может зайти наша семья. И чтобы