Политика обеспечения безопасности в СССР (до 1996 г. термин «национальная безопасность» не употреблялся) в основе своей была инструментом поддержания равновесия существовавшей политической системы как в Советском Союзе, так и в мире. С приходом в 1985 г. к власти М.С. Горбачева была принята к действию выдвинутая им концепция «нового политического мышления». Сущность этой политики была в отказе от конфронтации государств на международной арене и призыв к согласованию усилий в интересах построения эффективной системы международной безопасности на базе общечеловеческих ценностей.
Однако в конце ХХ века в СССР наступил период развала механизма централизованного государственного управления экономикой, являющейся фундаментом безопасности государства. Результатом этого стало разрушение высокоэффективной, проверенной временем, войнами и вооруженными конфликтами системы безопасности социалистического государства, которая восстановлению уже в этих границах не подлежала, ибо разрегулировалась не только система обеспечения безопасности СССР, но и всего социалистического лагеря (Польша, Чехословакия, Венгрия, ГДР и др.).
Сейчас возникла необходимость создания единой системы обеспечения безопасности государства. Ясно, что необходимо сформулировать новые критерии безопасности и иметь современную методологию ее обеспечения. Требуются определенные политические усилия. Эти усилия имеют смысл, так как СССР впервые в истории русского народа, после нескольких разорительных вторжений со стороны государств, относящихся к Западной Цивилизации, смог отодвинуть угрозу первого удара на значительное отдаление от русских границ. Чего не скажешь о современном положении страны спустя 30 лет. На западе страна вернулась к границам периода Смуты XVII в., когда пограничными крепостями был Смоленск, Псков и Новгород. Ни о каком геополитическом влиянии, которое достигли большевики к 30-летию советской власти, сегодня говорить и не приходится. У РФ совершенно нет союзников, и это, конечно, никак не компенсируется мантрой Александра III про армию и флот, как единственных союзников страны.
За тридцать лет, кроме возврата Крыма, это скорее путь потерь: размещение иностранных баз на территории бывшего СССР, потеря своих крупнейших зарубежных военных баз, вступление в НАТО бывших советских республик, потеря братской Украины, где наши геополитики и дипломаты считали, что всё схвачено и все за нас, и т.д. и т.п.
Ни в какое сравнение не идёт работа МИДа СССР и РФ за тридцать лет. Советские дипломаты, начиная с Генуэзской конференции 1921 г. и «пижамного соглашения» в Рапалло в 1922 г., проводили последовательную и наступательную политику, используя противоречия у ведущих капиталистических стран, заключая необходимые для экономики и обороны страны договора. Им пришлось бороться за само признание советской республики, при этом доказав законность отказа выплат кабальных царских долгов. Именно благодаря их усилиям удалось удержать в нейтралитете такие страны, как Турция и Швеция, вывести Финляндию из войны в 1944 г. Конечно, этот путь у советской дипломатии был не простой, но к 1947 г. Советский Союз участвовал в формировании нового миропорядка на выгодных для страны условиях, который просуществовал практически до конца ХХ века.
Более того, политику Советского Союза поддерживали, как это ни патетично звучит, огромные массы людей в мире, видевших в СССР оплот борьбы с несправедливостью и неравенством: политическим, экономическим и этническим.
РФ спустя тридцать лет совершенно нечего, с точки зрения идей, предложить миру, да и что может предложить страна, ставшая частью глобальной системы капитализма и устроенная как любая капиталистическая страна, с периферийным капитализмом, как в 1916 году. Поэтому мы и наблюдаем тридцатилетие шараханья от одних «дорогих партнёров» к другим, не менее «дорогим партнёрам». Представители МИД вместо работы на международном поле убеждают телевизионную аудиторию в небывалых успехах. А внешнеполитические действия состоят из «выражений озабоченности» и проведения пресс-конференций.
Впрочем, международная политика любой страны – лишь отражение её экономических возможностей.
РФ «получила в наследство» высокообразованное население и высокоразвитую экономику. Самую разветвлённую сеть железных дорог, развитое станкостроение, развитую добычу и переработку полезных ископаемых, первый в мире рыболовецкий флот, полный цикл фарм. производства от сырья до таблеток, вторую в мире авиапромышленность. Мощную социальную инфраструктуру: разветвлённую систему дошкольных и школьных, и медицинских заведений: больниц и поликлиник. Огромное количество санаториев, профилакториев, пансионатов, оздоровительных комплексов и пионерских лагерей отдыха. Детские спортивные школы и комплексы, дворцы спорта и бассейны, одни из лучших стадионов в мире. Огромный задел в научной сфере.
Вопреки распространённому обывательскому мнению, сельское хозяйство в стране, находящееся в зоне рискованного земледелия, занимало по многим направлениям ведущие позиции в мире, советские люди потребляли на душу населения больше молока, яиц, чем граждане США. По использованию робототехники в промышленности Союз стоял на третьем месте в мире после США и Японии.
СССР был космической державой номер один. Вдобавок ко всему, учитывая постоянную внешнюю угрозу, страна обладала мощным военным потенциалом. РФ после развала СССР досталось, например, четыре авианесущих корабля. На 1989 г. СССР имел, по разным оценкам от МВФ до ЦРУ, и по данным исследований экономистов от 12 до 16 % мирового ВВП. Для сравнения, ВВП Китая составляло 2,1 %. В 2018 г. ВВП всех бывших стран, входящих в СССР, составило 2,5 %, а Китай вышел в том же году на 15,91 %.
А вот РСФСР в 1989 г. имел 7,9 % мирового ВВП, к тридцатилетию РФ подошла с цифрой менее 2 % мирового ВВП. Попутно отметим, что СССР, имевший такую же долю мирового ВВП, что и КНР сегодня, имел население в 6 раз меньше, чем КНР, что снимает всякие вопросы об эффективности советской экономики и производительности труда.
В РФ есть компании «цифрового сектора» мирового уровня, но, в отличие от США, в структуре экономики они занимают скромное место, не входят даже в пятерку лидеров, в то время как в США в пятерке находятся четыре высокотехнологических компании.
Учитывая эти моменты, и необходимо делать комплексные выводы о развитии стран за тридцать лет. Ясно, что надо ставить задачу необходимости срочной корректировки и Стратегии национальной безопасности Российской Федерации, вплоть до изменения концепции внешней политики.
Настал момент, когда «выражения озабоченности» себя исчерпали. Настал момент, когда Россия может «показать зубы» тем странам, которые не хотят вести с Россией равное партнёрство, вероятнее всего, намерены прийти на нашу землю с войной, как завоевательной, так и экономической. «Хочешь мира, готовься к войне». И, прежде чем позариться на российскую целостность и мир, «партнёрам» нужно напомнить, чем заканчиваются все войны против России.