Хлопнул взрыв, разметав нескольких врагов.
Алексей успел выстрелить ещё дважды, когда услышал — слева от него и немного позади дал длинную очередь «максим», выкосив сразу десяток немецких пехотинцев.
И немцы не выдержали, бросились назад.
Никто больше не стрелял, берегли патроны — их теперь было в обрез. Очень вовремя открыл огонь наш пулемётчик, практически — в упор.
Бойцы перевели дух. Разведчик окликнул Алексея:
— Сибиряк, ты там живой?
— Живой.
— У тебя патроны есть?
— Одна обойма осталась.
— А у меня пусто.
Они пошли по траншеям и окопам, собирая по обойме и даже по одному обронённому патрону. В одном из окопов Алексей увидел своего сержанта — он был мёртв. Голову Кузнецова посекло осколками, и Алексей узнал его по треугольникам в петличке и аккуратной латке на рукаве — он её ещё вчера вечером приметал.
Потери были большие. Ещё одна атака, и от полка ничего не останется.
Посчитали трофеи. У Василия оказалось восемнадцать патронов, у Алексея — двадцать один. Совсем не густо.
— Пошли к пулемётчику, может, у него есть? — предложил Василий.
Пулемётчиком оказался, судя по петлицам и фуражке с зелёным околышем, пограничник. Как он сюда попал, известно было только ему самому. Порядок требовал иметь в пулемётном расчёте два номера, пограничник же был один.
— Привет, земеля!
Разведчик спрыгнул в траншею первым, Алексей — за ним.
— Привет, пехота.
— Патронами богат?
— Половина ленты осталась — она у меня последней была.
— Плохо. Алексей, придётся за траншеи лезть, искать немецкое оружие и боеприпасы.
— Опасно.
— Понятно, не за пряниками в магазин пойдём. А у тебя есть другие предложения?
Пулемётчик пообещал прикрыть в случае чего, только ведь от пули не прикроешь.
Они перебрались через бруствер. Свои винтовки оставили в траншее — лишняя тяжесть.
Первые убитые были не так далеко.
Каждый взял себе по автомату, с нескольких убитых поснимали подсумки с патронами. Удобные были подсумки, на три магазина.
Когда свалились в свою траншею, разведчик спросил Алексея:
— Ты хоть стрелять из их автомата умеешь?
— Не приходилось, — честно признался тот.
— Смотри. Вот так приклад откидывается, вот здесь кнопка защёлки магазина. Затвор оттянул, завёл ручкой в паз — автомат на предохранителе. Ручку вниз опустил — готов к стрельбе. Однако помни, эффективно стреляет недалеко, метров семьдесят пять, от силы сто. В траншее удобен, в ближнем бою. А на двести метров в ростовую фигуру уже не попадёшь.
— Трещотка, — пренебрежительно отозвался о немецком автомате Алексей, — винтовка лучше.