Таких девочек, как я, миллионы, даже, наверное, десятки миллионов по всей стране. Маленьких девочек с настоящими колясками, в которых они нянчат настоящих малышей, но не своих собственных, а малышей своих мам. Своих младших братьев и сестер.
В нашей деревне таких девочек было много. Но вечной девочкой с коляской была Наташа Иванова, потому что младшие братья и сестры у неё не переводились, мать рожала их одного за другим, сменялись только имена в старенькой коляске: Ниночка, Валечка, Олечка, Толечка… Пока мы были сами ростом с коляску, мы пищали от умиления и мечтательно ахали: "вот бы мне братика или сестричку!". "Да забирайте!" - грустно шутила Наташа в ответ.
И вот я доахалась. В 10 лет у меня появилась первая младшая сестра. С этого времени, считай, закончилось мое собственное детство. Через два года появилась ещё одна. Ещё через год - третья, правда, уже приёмная. Я стала новой "Наташей Ивановой".
Все восхищались добрым сердцем моей матери. Надо же, она взяла ребенка из детского дома, вот это подвиг, столько сил, столько любви к детям. И никто будто бы не замечал, что это я была маминой суперсилой. Которая вынянчивала всех ее бесконечных детей, меняла им подгузники, мыла, кормила, выгуливала, развлекала, убирала за ними, переодевала, следила…
Из-за них я не могла хорошо учиться - их крики просто не давали делать уроки хорошо, чуть что, мать призывала: "Ольга, ты скоро уже свою математику сделаешь? Что ты там копаешься! Мне помощь нужна, Соня плачет…".
Когда я стала подростком, ответственности по уходу за детьми у меня только прибавилось, ведь мама вышла на работу. Мои подружки бегали, счастливые, на свидания, а я подтирала домашнему детскому саду сопли, меняла описанные простыни, выносила горшки и бесконечно убиралась в доме.
В 17 лет я уехала из родительского дома, торжественно оставив за старшую свою первую младшую сестру. Пару раз в год я приезжаю их навестить, после сессий. Я специально уехала далеко, за 500 км, чтобы у матери не было возможности вызвать меня на денёк.
Я живу в общежитии и впервые за долгое время ни за кем не ухаживаю, ни за кого не несу ответственность. Мне хорошо. Я учусь, и впервые никто не отрывает меня от занятий, даже соседки по комнате. Я так соскучилась по тихой жизни, которая принадлежит только мне, по учебникам (а я очень люблю читать и учиться), что ни за что на свете не позволю себе провалить этот проект под названием Институт.
Две моих однокурсницы в конце прошлого учебного года забеременели и вышли замуж. Ещё парочка мечтает стать мамами и так радужно представляют себе колясочки, распашоночки и прочее малышовое приданное, что начали покупать милые вещицы типа кроссовок для новорожденных и бус для прорезывания зубов… Бррр... На свидания я, конечно, хожу, но очень мало и очень осторожно. Я знаю, что от свиданий могут появиться дети. А детей мне за последние 7 лет хватило с лихвой. Уверена, что своих я захочу очень и очень нескоро. Если вообще захочу.
Я точно знаю, что и когда в моей истории пошло не так. Когда мама вернулась из роддома со своим вторым ребенком. В один миг я в ее глазах повзрослела до уровня не то подружки, не то служанки. Но мне по прежнему было 10 лет, как и за месяц до ее родов. Мне нужны были объятия, забота, поцелуи мамины, хоть какое-то подтверждение, что я как и прежде любима и нужна. Но в один миг я стала неудобна, в один миг мои проблемы стали непереваримы, мои интересы никому неинтересны, на мне можно было сорвать свое плохое настроение. Отца у меня не было, был отчим. А ему до моих душевных терзаний было до лампочки. Могла и получить за капризы или за нерасторопность.
Если бы мама в первую минуту как вернулась из роддома, отложила бы кулек с новым ребенком, и обняла меня, всё было бы иначе. Я бы наверное любила и сестер, и себя… Но получилось так, как получилось.
Наверняка, желание стать мамой во мне проснется. Я буду хорошей, опытной мамой. Когда-нибудь. И мамой только одного ребенка. Если материнскую любовь так трудно разделить на всех, пусть она достанется только одному.
Ольга "Наташа Иванова" С.