Пока антиваксеры ведут активную борьбу с чипизацией, на турникетах Московского метро появляются камеры с распознаванием лиц. Другие операции по установлению тотальной слежки за населением уже давно происходят прямо под носом.
Новые системы — всего лишь очередной шаг.
Тут я не хочу гадать, с чем человечество столкнётся в будущем. Напротив, обращусь к прошлому, подниму архивы: о людях всё знали ещё задолго до такого мощного развития нейросетей, как сейчас.
Всё начиналось с малого: кемеровский насильник, двадцать пять лет скрывавшийся от следствия, доказал, что можно обойтись и без паспорта. Но он, по всей видимости, не пользовался интернетом. Длительное воздержание требует радикально железной либо радикально убитой психики. На такое не каждый способен.
Электронным паспортом стала сим-карта.
Казалось бы, удобно: телефон есть у каждого. Даже у детей, которые заполняют немалую долю интернет-пространства.
Причём номер обычно стабилен. Он как медицинская маска: купили однажды и носят в кармане (симку — в слоте), не меняя в течение долгого времени и пользуясь короткими сеансами по редкой надобности.
Аскеты не испытывают с этим проблем: у кого нет телефона, тому не нужен телеграм. Зато досталось хаотичным творческим личностям вроде меня, для которых сим-карта — рудимент, по случайности ставший предметом первой необходимости.
Мы не помним, когда в последний раз звонили по номеру телефона. Мы не умеем отправлять сообщения вне мессенджеров и соцсетей. Для нас сим-карта является приёмником одноразовых кодов с динозавровых сайтов (продвинутые банки и чатики научились доставлять коды в пушах — всплывающих сообщениях), поэтому бумажник рококошных форм ассиметрично раздувается от активированных карт.
Одна из этой толстой пачки была крестражем моих персональных данных. К ней привязано всё: электронная почта, «ВКонтакте», «Инстаграм», «Телеграм», «Госуслуги», «Стим», аккаунты на «Яндексе» и в «Гугле». В общем, наиболее полная антология моей активности за последние три-пять-семь-десять лет в интернете и в жизни.
И тут её блокируют.
Причина такова: сим-картой три месяца не пользовались. То есть пользовались, но не пополняли счёт. А потому — вечный бан.
Сначала я и не понял, что бан вечный: операторы горячей линии отправляют в салон, менеджеры салонов шлют на горячую линию. Спустя несколько набегов на оффлайновые точки всё же удаётся узнать, что номер есть в продаже и его даже можно купить. Но в интернете всё-таки купить не получится — и это в двадцать пятую волну коронавируса чего-то ещё нельзя сделать в интернете!
Так вот. Номер каким-то образом получил физическое тело, наклейку и — возможно — коричневый конвертик из плотной переработанной бумаги, запечатался в этот конвертик и уехал в один из московских салонов. В какой из десятков (сотен?) — не знает никто. Ни операторы, ни менеджеры, ни логисты, ни водители, которые эти номера разносили.
Случилось это так быстро (мне показалось — мгновенно), что возврат оформлять стало слишком поздно. Последний и единственный вариант — пробежаться по всем салонам и вернуть утраченный Тмутаракань моих личных данных.
Я позволил себе высказать своё мнение об этой ситуации топ-менеджеру Мирзоду. Правда, добавил, что к нему это не относится, — надо выговориться.
Мирзод, разведя руками, дал совет:
Перестаньте жить прошлым. Познакомьтесь с настоящим.
Следуя его совету, я протянул паспорт — для оформления новой сим-карты. Мирзод засунул его в шредер. Сначала казалось, что это чересчур, но прошло всего два часа, и я уже ощущаю себя свободным.
Василий Исаков