Бюст на родине полагался в СССР только дважды Героям Советского Союза. Виктор Сухоруков в космос не летал, подвигов не совершал — тем не менее удостоился в своём родном Подмосковье бронзового памятника в полный рост. Но вряд ли найдётся человек, который скажет, что увековечивать заслуги артиста скульптор поторопился.
Сегодня народному артисту РФ Виктору Сухорукову — 70. 26 из них он провёл в Петербурге. Некоторые принимают его за местного, считая актёра своим земляком. При этом сам юбиляр, который уже давно живёт в столице, не скрывает, что так и не смог бросить якорь у Невских берегов и вообще не питает к ним нежных чувств. И уважительная причина для этого у Виктора Ивановича есть.
Будущая знаменитость появилась на свет 10 ноября 1951 года. Случилось это гораздо ближе к Москве, чем к Ленинграду. Родители Виктора жили в Орехово-Зуеве, фабричном городке, расположенном в 100 километрах от Красной площади и прославившемся в своё время революционно-стачечным движением. Пролетарская семья работала на ткацком производстве и если и прочила сынишке судьбу, то передового прядильщика или мотальщика, но никак не актёра. Поэтому отношение старших к кривляньям сына было соответствующим. Несмотря на это, мальчик не мог сдерживать свои артистические порывы. В то время как другие дети стеснялись, когда над ними смеются, для маленького Вити было счастьем, если его лицедейство вызывало у окружающих насмешки, и тем более смех.
Тот, кто общался с Сухоруковым вне сцены, знает, что этот человек обладает редким и удивительным свойством. Как к магниту прилипают металлические предметы, так к Виктору притягиваются люди, попадающие в поле его действия. Стоит ему сказать всего одно слово — он уже душа компании. Если его, как ружьё, повесить на стену, то все только и будут ждать, когда же раздастся выстрел. Быть в центре внимания — это сухоруковская природа. Самое страшное для такого человека — когда его, как ненужную лампу, убирают с глаз долой в чулан, где она рискует погаснуть или сгореть. Такое могло случиться с артистом не раз.
Первый осознанный шаг против родительской воли Виктор совершил ещё в школьном возрасте. Шестиклассник, мечтающий выбиться из рабочего класса в творческую интеллигенцию, втихаря от предков сел на электричку и поехал в Москву, как бы сегодня сказали — на кастинг, где успешно провалил свои первые мосфильмовские кинопробы. Другой бы сразу сдался. Этот оставался верен своей цели целых два года и по окончании восьмого класса решил ещё разок попытать удачу. Теперь он подался в цирковое училище — куда ему, увы, предложили зайти снова через пару лет. Закончив десятилетку, Сухоруков попробовал сменить комический образ на драматический, предприняв попытку поступить в школу-студию МХАТ. Экзаменационная комиссия не только не разглядела в нём прирождённого артиста, но и вовсе посоветовала не лезть со суконным рылом в калашный ряд, предложив поискать профессию более соответствующую орехово-зуевской внешности. К счастью, делать этого не пришлось, поскольку Виктор получил повестку из военкомата, который и определил его судьбу на следующие два года. В армии, по воспоминаниям Сухорукова, на солдатах он успешно отрепетировал материал, с которым позже смог поступить в ГИТИС. Правда, перед приёмом в театральный институт дембель всё же успел потрудиться на родной Орехово-Зуевской ткацкой фабрике на радость маме.
Одним из первых актёрский талант в юном даровании разглядел Пётр Фоменко. Прогрессивный режиссёр обратил внимание на игру Сухорукова в студенческой постановке и сразу же пригласил его к себе в Театр Комедии на главную роль. Молодой, многообещающий и свежедипломированный артист отправился в культурную столицу страны исполнять роль 70-летнего старика, думая, что движется навстречу успеху. Успех, конечно, был, да только продлился недолго. Не секрет, что в творческих кругах по любому поводу, будь то радость или печаль, принято поднимать бокалы. К сожалению, не все их вовремя умеют опустить. Отсутствие чувства меры быстро превратило карьерный взлёт актёра в стремительное падение. Сухорукова увольняют из труппы, а заодно запрещают подниматься на какие бы то ни было театральные подмостки в течение полугода. (Лирическое отступление: В этот момент будущему лидеру группировки «Ленинград» исполняется всего девять лет, а будущий старший брат всея Руси уже начинает не на шутку в Питере пить.) Другой бы спился. Но Виктор после четырёх лет безудержного веселья всё-таки решает вернуться в профессию; оступившемуся артисту доверяют пару-тройку эпизодических ролей. Чтобы оставаться в театре, но при этом хоть как-то сводить концы с концами, Сухорукову приходится менять театральные костюмы на комбинезон рабочего сцены и монтировать декорации вместе с простыми работягами.
Те, кто служил в конце 80-х в Театре им. Ленинского комсомола