Жила-была девочка, которой в детстве так часто говорили: «хочется? перехочется», что когда она выросла, она перестала слышать собственные желания. Может, и правда, перехотела, а может просто запретила себе желать, а заодно и чувствовать себя счастливой.
У неё была работа, которая ей не нравилась и не не нравилась. Просто работа, которая приносила ей деньги. У неё был муж, которого она не любила и не не любила. Просто мужчина, за которого она вышла замуж. У неё были подруги, с которыми она не дружила и не не дружила. Просто подруги, которые были.
Она жила не хорошо и не плохо, не счастливо и не несчастливо. Просто жила. Только иногда ее накрывало волной грусти откуда-то изнутри, которая фонила тоской и гулко отдавала пустотой. И эта пустота будто магнитом вытягивала из неё силы; тоска, громко чавкая, пережевывала ее оптимизм и желание что-то менять; а грусть предательски нашептывала на ушко о том, что какая-то она несчастливая.
Психологи говорят, что величина неудовлетворенности нашей жизнью в точности равняется сумме наших несбывшихся желаний и наших неиспользованных возможностей - то есть, той силе, с которой мы НЕ живем; любви, которую мы НЕ испытываем; целей, к которым мы НЕ стремимся и счастья, которого мы в упор НЕ замечаем…
Жила-была девочка, которая взяла и перестала жить по правилу «хочется? перехочется». Которая откопала из глубины своей души свои потребности и желания. Откопала и стала к ним прислушиваться. И знаете что? Она сменила работу; занялась любимым делом; присмотрелась к собственному мужу и встретилась наконец со своими подругами. И представляете, она вдруг почувствовала себя абсолютно счастливой. И так ей это понравилось, что быть счастливой стало ее привычкой.
Ведь, если честно, то нам не счастья в жизни не хватает, а умения прислушиваться к себе и привычки быть счастливыми …
Ольга Караванова
Клинический психолог