Я не помню точно, и я не помню наверняка. Случилось нечто, которое сделало каждого из нас до невозможности интровертным. Чем глубже смотришь в себя, тем дальше становишься к другим. Они стоят поодаль от тебя. У меня опять глаза слезятся, а это значит, что она уже в городе.
Вы когда-нибудь чувствовали, что человек находится рядом с вами прямо сейчас? Это может быть сталкер, а может и быть жертва вашего сталкерства. Там, где есть слово жертва, всегда незримо присутствует хищник или агрессор. Или даже насильник. В любом случае, говоря о жертвах, почему то всегда опускается вопрос о другой стороне, но она очевидна. Так и кто сейчас на нашей стороне?
В общем, я почувствовала ее на расстоянии от себя, и хоть мы не находились рядом, но мы были уже в одном городе. Я закрываю глаза и я вижу ее, подобно встрече на перроне. Она меня не видит, она подрастеряла способность видеть на этой стороне. Так бывает когда ты вочеловечился? Вы цитаты узнаёте, это же «дневник Сатаны» Леонида Андреева. Она шла будто по делам, не понимая, что ее в очередной раз сюда привело. Вы думаете, зачем приезжают в какой-то другой город в очередной раз, когда преспокойно можно было остаться где-то там. Там, где жизнь налажена, отлажена, отглажена. Вы ищите себя? Да, но вы скорее ищите «себя». Ведь кто-то отобрал у вас возможность жить своей жизнью. А вы хоть раз задумывались кто он? Как он выглядит и чем жил до вас?
Мне пора уходить из этой комнаты медитации, где мы впервые поняли, что мы находимся на одной стороне. Я разворачиваюсь к двери и пытаюсь убежать. Но эхом раздаётся настигающая фраза, всего три слова, которые ввели меня в ужас: «это я, выходи, это я».
Я вытащила себя из своей (нашей?) комнаты, чтобы она не успела заметить меня. Если она вспомнит про свою способность видеть, она быстро найдёт меня. Я очень надеюсь, что она не найдёт моих следов. В любом случае, я вынуждена признать, что она в городе. Ведьма в городе.
В комнате разносились биты от трека с нежным садистким женским голосом. Я вошла в этот бит с полной самоотдачей, чтобы он разнёс меня со всем содержимым вокруг и внутри и я повторяла за ней:
Я тебя подожду голышом в камышах,
И в галошах осенних,
И в зимних гамашах,
В вешних водах, в дворочках ромашковых наших,
И опять будет осень, зима и весна.