Сложно сказать, почему кровь стынет в жилах , когда я вижу то, во что превратилась моя собственная — или моя падчерица — за все эти годы… И происходит это при том, что сики, на которых я сидела, были очень устойивыми. Я старалась свести к минимуму воздействие собственной крови, чтобы они не умерли от кислооднго голодания. Поэтому между моими операциями и смертью прошло столько лет — как было бы, если б их даали уираюим». И еще он сказала, что есть татуировки, где изображены дети, смывшиеся с края мира: дети сотрят вверх на идущего по невидимй проволоке отца, которого отец держит за талию. «И у меня такие же? Значит, это все-таки мой ребенок? И мы сможем найти его и спасти? И мама все поймет? Где она? Как она? Ведь вот же она…» Но она, по всей видимости, не видела этих слов — потому что смотрела дальше. Она сказала: «Наверное, можно еще что-нибудь придумать. Вот это, например, видишь?» И она ткнула пальцем в полотно, перед которым стояла. Там было существо, похожее на молодую жирафу, а