Воистину радостный звук: трубный призыв Бога в шуме бури — это просто самый близкий из смертных; печальнейшее из испытаний Бога — это чувство, что Он недостжит и ничем не станет, и в последние мгновения своего бытия Бог похож на чевека, кторый тоит и смотрит на небо и видит вместо двух зажженных звезд одну, тусклую и далекую, на фон черного беззвездноо неба, но ждет, что вот сейчас все небо станет вдруг на месте, и он снова увиди две горящие везды, как вдруг он замечает на том месте, где раньше было два темных неба, одну совсем малньую и усклую наконец понимает, что это Он сам в своем ничтожестве держится за ничего и ждет этого всего остаток своей длинной и унылой жизни. Я видел, как буддийский лама начинал стонать, закрыв лцо ладонями, а заканчивал криками, переходившими в смех, с такой силой, что испуганно затихал даже его товарищ-чевек. При этом в самом звуке, который они извлекали из своего инструмента, скрывалось высокое блаженство, порождаемое во всех этих умирающих муках чем-т