Они, были первоклассным добровольческим полком Серого города за холмами, и их знамя, эффективность была чем-то потрясающим

Первыми, кто пришел, были солдаты в темной форме с очень строгими бородатыми, офицерами, которые тщательно следили за дисциплиной, потому что они собирались въехать в маленький городок, Эдам, который лежал прямо под белыми воротами Ветреного Стандарта., Они маршировали так сосредоточенно, что никто не взглянул на Хью Джона, стоявшего с, обнаженным мечом и отдававшего честь, которой его друг сержант Стил научил его, когда каждая, рота проходила мимо. Не то чтобы Хью Джона это волновало, или он даже не знал, что они его не видят.

Они, были первоклассным добровольческим полком Серого города за холмами, и их знамя, эффективность была чем-то потрясающим., Затем появились красные мундиры, увенчанные шлемами, красные мундиры, увенчанные, шляпами Гленгарри, и один или два духовых оркестра рассеянных добровольческих полков. Хью Джон отсалютовал, им всем. Никто не обращал на него ни малейшего внимания.

Он действительно не ожидал, что кто—нибудь, заметит его - маленького пыльного мальчика с мечом, слишком большим для него, стоящего в конце, дороги в тени вязов. Почему эти славные создания должны соизволять заметить, его — сверкающие клинки, руки на плечах, сверкающие штыки, белые ремни из трубчатой глины? Разве, они не были подобны богам, знающим добро и зло?, Но все равно он отдавал честь каждому из них беспристрастно, когда они подходили, и, полки проходили мимо, не обращая внимания, задыхаясь от пыли и испытывая жажду., Затем, наконец, появились трубы и развевающиеся тартаны. Что-то надломилось в Хью,

У Джона перехватило горло, и он тихонько вскрикнул, так что его старая няня, Джанет Шипшенкс, беспокоясь, о его благополучии, пришла, чтобы забрать его. Но он ударил ее — свою собственную дорогую Джанет — и, вырвался из ее объятий на другую сторону дороги, где он был и в большей безопасности, и ближе к, солдатам. Размашистый шаг, развевающиеся плюмажи, все в порядке обзора, на сцену вышел знаменитый, полк, каждый мужчина выходил с натренированной упругостью, которая проникала в сердце мальчика., Так, а не иначе, Черный Дозор следовал за своими волынщиками.

Хью Джон глубоко, вздохнул, когда они прошли, и трубы затихли на темной поляне., Затем пришло еще больше добровольцев, и их становилось все больше и больше. Неужели они никогда не закончатся? И, всегда меч Хью Джона Пиктона сверкал в ответ на приветствие, и его маленькая рука устало, поднималась и опускалась., Затем произошло самое удивительное событие в мире, величайшее событие, Жизнь Хью Джона.

Ибо до его слуха донесся новый звук - топот кавалерийских копыт. A, Зазвучал горн, и глаза Хью Джона с напряженным нетерпением наблюдали, как белая пыль поднимается, и кружится за колоннами. Возможно — кто знает? — это была его награда за то, что он не был, дерзким! Но теперь Хью Джон забыл Присси и Льва—Подхалима, отца и, няню, небо, землю - и все остальное. Для него не существовало прошлого. Он был солдатом, всех времен. Его пыльный красный плащ и сверкающий меч были приветствием вселенского, духа человека богу войны, а также другими прекрасными вещами, о которых у меня нет времени писать