Ты-то откуда знаешь, красота моя? — мягко поинтересовался Предейн.

Ты-то откуда знаешь, красота моя? — мягко поинтересовался Предейн. Мист знала этот тон — обычно именно им хитрых студентов подговаривали рассказать секреты внеклассных похождений, и этот тон очень быстро превращался в шипение змеи, стоило получить нужную информацию, которая зачастую содержала факты нарушения правил и норм Университетского бытия. — Дак, дядь, — она подняла на мужчину смущенный взгляд. — Говорят, заколдован молодой лэр, а вовсе не призрак и не мертвец. А кто его расколдует, на той он и женится. — И вы, девоньки, за ним, что ли, бегаете? — так же мягко спросил Предейн, под столом явно прихватывая своего брата за полу одежды, чтоб не вскочил. — А чем плохо, вдруг это я его расколдую? — ляпнула девушка, и тут ее отец не выдержал, взревел как ранненый зверь, вскакивая. — А тем, что ль не понимаешь, что он убить может! — Он не убивает никого! Здесь не убивает, — храбро ответила девушка. — На нашу сторону он ходит, как домой. — А в наш дом он как домой еще не ходит? — возмутился Ларек. — С ума, посходили, что ль, девки-дуры! Ладно еще, когда всякие профессорши за призраками бегают, а вы? — Да не призрак он! — девушка тоже вскочила на ноги и притопнула ногой. — Вайра говорила, руки у него плотные…ой, тятя, тятя, ты что делаешь?.. Брат Предейна, добравшись до дочери, ухватил ее поперек тела, закинул на плечо и поволок куда-то, видимо, воспитывать. Мист невозмутимо продолжила жевать, проглотила и только потом подытожила. — Итак, на этой стороне бродит заколдованный принц, которого юные девы пытаются расколдовать и еще и кормят, а на другой стороне реки он превращается в жестокого убийцу и держит всех в страхе, мешая по вечерам выходить из дома. И ловить его надо у реки. — Как-то так, — задумчиво подтвердил Торрен, печально подперев рукой подбородок. — Может он правда живой, только заколдованный? — Не слишком на это надейся, — посоветовала Мист. — Значит, как стемнеет, идем тоже на охоту за принцами. — Надеешься, это ты его того, расколдуешь? — хмыкнул Предейн. — Нет, надеюсь, что Рах, — спокойно ответила Мист. — Спасибо за ужин, и за помощь спасибо, — она поднялась и поклонилась и хозяйке, и Предейну, и пошла к своему временному обиталищу. Племянница Предейна появилась через несколько минут, лохматая, красная, злая, растрепанная, потирающая сквозь юбки зад. Она обиженно зыркнула на Мист, и со стоном опустилась на свою кровать животом вниз. — Осерчал отец? — спросила Мист осторожно. — Ох и осерчал, — вздохнула та. — А за что? Ну, ходили мы с девчатами в ночи на мост…Ну, носили для него еду. Что, кому-то вред причиняли? Нет же. Даже на другую сторону не ходили, а на этой он добрый. — Добрый? — Ну, скорее, равнодушный. Вайра даже его потрогала, когда он еду брал. Вайра храбрая у нас. — А вы не подумали, что он мог и сменить настроение? — вкрадчиво сказала Мист. — Он мог не по реке разделение проводить, а, например, где под определенным наклоном лунный свет падает, или что еще такое. — Да разве, — пробубнила девушка и снова потерла зад сквозь ткань. — Ох, и всыпал мне тятя! Как я завтра в цех-то пойду?