Зарисовка в метро

Большой город иногда давит, за день параллельно проходит огромное количество людей, устаешь от необходимости находится рядом с большим количеством народа, необходимости общения, пусть не словесного и невербального, да просто от постоянного близкого присутствия рядом чужих людей. Привычно заходя в вагон метро чаще нет желания поднять глаза на лица, привычный взгляд скользит по обуви, невозможное количество обуви, чего только нет и узкие тонкие дорогие ботинки офисных служащих и мягкие мокасины и кроссовки всех цветов и оттенков и полусапожки и лоферы и тут же босоножки и маленькие туфли-лодочки и яркие туфли на очень высоких каблуках и тупоносые покрытые пылью тяжелые ботинки, по обуви рисуется портрет хозяина и если из редка поднимаешь глаза почти никогда не ошибаешься.

Сегодня взгляд упал на коричневые, явно не новые, но вычищенные ботинки с аккуратно и почти симметрично завязанными шнурками. Шнурки- отдельная тема, большинство людей завязывает их небрежно, не одинаково это точно и они болтаются не ровными, не красивыми петлями и хвостами. Тут история обратная, шнурки завязаны ровно, аккуратно, залюбуешься и даже украшают в некоторой степени, старые ботинки. Рядом широкие, белые и недорогие женские туфли не невысоком каблуке, явно принадлежащие немолодой женщине и как-то стоят они очень в унисон с коричневыми ботинками как -будто естественно сливаясь с ними и стоят они едино и синхронно прямо. Почему-то подумалось сразу, что наверное люди очень близкие друг другу.

Подняла глаза. Владельцем коричневых ботинок оказался сухощавый старик, явно за 75 лет ближе к 80, впрочем, вероятно и старше, но что-то молодое было в его взгляде. Темно-синие брюки были тоже не новые, но хорошо отглаженные и сидели на нем красиво, без пузырей и замятин, что сразу создает впечатление неаккуратности, синяя рубашка в крупную клетку- мода девяностых тоже была хорошо отглажена и хорошо сидела, коричневая простая китайская ветровка, худое лицо с несколько ввалившимися щеками, но не от болезни, а видимо просто от астенической конституции, чуть вытянутый заостренный нос, глубоко посаженные глаза, наверное серо-зеленого цвета, при люминисцентном освещении цвет меняется, коротко подстриженные абсолютно белые волосы, без признаков лысины, но чуть более редкие над лицом.

Его спутница была невысокой, чуть полноватой в плаще стального цвета с изумительно васильковым платком в крупные белые звездочки на шее, чуть рыжеватые волосы, наверное покрашенные лежали крупной волной, как после бигудей, глаза совсем серые и мелкие, скорее подслеповатые как впрочем обычно бывает у сильно пожилых людей, руки почти пергаментные с коричневыми старческими пятнами. В правой руке большая белая сумка, почти молодежная, на безымянном пальце толстое обручальное кольцо, старое, с сильным оттенком красного цвета. Оба очень аккуратные и наверное милые, если это слово уместно. В общем обычная пожилая пара, прожившая долгую жизнь. Необычным было то, что их руки были переплетены и большая жилистая ладонь старика закрывала небольшую руку женщины очень бережно, словно по привычке охраняя от всего.

Он нагнулся к ней и что-то сказал, она широко улыбнулась, наивной  и действительно радостной, а не протокольной,  дежурной улыбкой и нагнувшись над ним, как бы намереваясь что-то сказать тихонько поцеловала его в место около виска, почти над ухом совершенно  невинно  целомудренно одними губами, едва касаясь. Легкая улыбка на долю секунды осветила лицо старика, да даже не улыбка, просто чуть приподнялись уголки губ и стали глубже «гусиные лапки» у глаз, но глаза.. они светились счастьем, его было столько, что оно казалось нескончаемо, бери и на всех хватит..Он только сильнее сжал руку спутницы..и было видно, что они не видят окружающих, их в этот момент не тревожат проблемы, они вместе и они по настоящему счастливы и до сих пор нужны интересны друг другу и любимы. Выходит бывает и земная любовь, если не вечной, то долгой и радостной.

Всю оставшуюся дорогу я думала…Ведь они совсем не молоды и скоро, а может и очень скоро одного из них не станет..таковы законы жизни, но то, что можно так любить и не боятся даже в этом возрасте и быть счастливым просто сделало мой день. Вот опять думаю о них и улыбаюсь. Дай бог им побольше побыть вместе и если за чертой смерти что-то есть, то встретиться там, чтобы больше никогда не расстаться.