Мемориальное захоронение войнов погибших в Первую, Вторую Мировые войны и в Индокитае расположено на центральном кладбище Тер-абад. В одной его части лежит Ариадна Скрябина, а через дорогу - Они. Там всегда были видны четыре русские /а может польские или еврейские, но точно, что этимология происхождения точно из России/ Владимир Шереметьев, Станислас Прокенков, Иосиф Струменский и Альберт Филиповский.
-Там шесть человек захоронено, - узнаю я , - и одна из них женщина.
Я облазила все мраморные плиты. Скурпулезно просмотрела все имена. Женщин только одна - Ирен.
Получаю список:
Владимир Шереметьев,
Ибрахина Мария.
Капратинвот?
Прокенков Станислав
Семамбеков Гермид
Струменский Иосиф.
А Филиповского нет?
Полный бардак.
Надо разбираться.
-Делайте фотографии, будем изучать и искать имена.
- Не сделать фотографии, надписи на плитах не читаемые, а на фотографии вообще ничего не видно. Нужно мыть
-Нельзя мыть.
-???
-За это штаф пожно получить, нельзя ничего делать на мемориальных памятниках.
Возвращаюсь к мемориалу.
Мы и в первый раз все тщательно изучили. Естественно, мы их не нашли.
На латинскую К было всего три имени, и то, только за период Первой мировой войны.
-Смотри, тут какой-то Керивин. Может тоже русский?
-Жак? Русский Жак?
-У меня деда Густава фон Миллера Григорием звали в России, может и этот Жаком во Франции стал, а так он Иван.
-Все может быть. Проверять нужно.
Марии Ибрахиной, Семамбекова и Капратинвота, если он вообще Капратинвот, не нашли.
-Может он никакой не Капратинвот, а и есть этот самый Керивин? Тебя вот ни разу правильно не написали.
-Да и тебя тоже.
-Зато я теперь знаю вариантов двадцать написания фамилии Щекочихина.
-А самый интересный?
-Текочина.
-Чего?
-Того. Я сама обалдела. У меня фамилия на французский манер с буквы Т начинается, вот они половину букв и выборосили.
-Понятно, как свои глаголы с деепричастиями писать, так по семь лишних букв вставить можно, а как русские фамилии...
-Так это представь в документе написано было, я никак не могла понять, что это мне.
-То есть фотографируем Керивина и узнаем?
-Обязательно.
Исползав все плиты разу по четвертому, мы порядком замерзли.
-Надо домой идти.
-А что так?
-Темно уже, да и кладбище скоро закроют.
-Пошли тогда до бюро кладбищенского, узнаем куда дели этих людей.
-Саша, ты только не ругайся с ними, вдруг они перехоронить перехоронили, а надписи забыли сделать.
-То есть как это забыли надписи сделать? В архивах отчитались, а останки по пути в помойку выбросили?
-Давай без дипломатических скандалов.
-Ну уж как получится.
Молодой, жеманный человек с сережкой в левом ухе очень внимательно нас выслушал и даже взял список фамилий. Что-то посмотрев в компьютере, он вернулся.
-У нас нет таких.
-Но это сведения из официальных источников о том, что в 50-е годы в этом склепе были перезахоронены останки этих солдат. Как же так? В документах они есть, а на деле их нет?
-Вам нужно в центральное бюро захоронений идти.
Мы вышли с Тер-Кабада.
-Будешь дальше искать?
-А как же? Ты представь, ты в бою погибла, а тебя взяли и потеряли!
-Да, нелепица какая-то получается. То есть 70 лет никто не проверил, где эти люди на самом деле?
-Получается, что никто.
Беатрикс уже собиралась уходить из нашего поста Красного Креста, я ее застала уже выключающей компьютер.
-Алекс, что случилось?
-Беа, скажи пожалуйста, а русские волонтерки Французского Красного Креста заносились в общие списки или нет?
-Ну мы же тебя внесли в наши списки?
-Внесли.
-Если кто-то выполняет хоть какие функции под эгидой Красного Креста, хоть где-то, то информация по ним есть. Центральный архив времен первой мировой у нас в Швейцарии. А ты что задумала опять?
Пересказав историю о том, что не нашли на мемориальном кладбище имени Марии Ибрахиной, я уже хотела начать задавать вопросы, но Беатрикс меня перебила:
-Ты считаешь, что эта Марии Ибрахина была из Красного Креста?
-Ну сама посуди: захоронение с трех войн: с Первой мировой, Второй Мировой и Индокитая. Если в Индокитае и Второй Мировой войне она еще могла быть военнослужащей, маловероятно, но все таки, то в Первую Мировую Войну она могла быть только в медицинском сервисе!
-Согласна.
-А так как в это время кроме нас /Я, естественно, имела в виду организацию Французский Красный Крест/ никто еще толком помощь медицинскую не оказывал и на поле боя первую помощь оказывали только мы, то она должна быть в списках Французского Красного Креста.
-Алекс. Ты представляешь, сколько нужно перелопатить документов? Да с даты перезахоронения уже почти 70 лет прошло, а с даты их гибели и того больше!
-То есть тебе не интересно, кто она?
-Алекс, очень интересно, но это же напрасный труд.
Мы замолчали.
-Если бы ты пропала там, в Афганистане, я бы тебя искала...- сказала я Беатрикс.
Она удивилась:
-Откуда ты знаешь, что я была в Афганистане?
-У меня в классе девочка, она с тобой летела, в группе эвакуированных из Кабула. Она про тебя рассказывала.
-Нас перебросили из Индии в Афганистан, на эвакуацию Испанского и Французского посольств...- хотела уже рассказать Беатрикс и замолчала.
-Ты хоть понимаешь, куда ты лезешь?-спросила меня Беатрикс.
-Догадываюсь.
-А если не было никакой Марии Ибрахиной, ее придумали чтобы грант от правительства побольше получить и финансирование на ее перезахоронение списали?
-Допускаю.
- Или потеряли при перевозке документы?
-Запросто.
-Ты понимаешь, что мы в военное ведомство лезем и там можем огрести?
-Я готова. Свали все на меня, я привычная.
-Алекс...
-А если она наша? Погибла, на мине подорвалась, вытаскивая раненого, или в окопе прямое попадание, особо и хоронить было нечего, одни документы, а при захоронении и те потеряли, а мы с тобой ничего для нее не сделаем?
Беатрикс в отчаянии на меня посмотрела. Несколько секунд мы сидели молча, я слышала только стук своего сердца.
Потом она взяла телефон.
-Бруно! Привет, любимый. Тут у меня Алекс и тут такое дело.....
/продолжение следует/
#франция #рассказ #первая мировая война #россия #вторая мировая война #захоронения