Причина нынешнего конфликта между Индией и Пакистаном связана с функционированием лагерей боевиков на пакистанской территории. В годы Афганской войны аналогичные претензии к Исламабаду были и у Советского Союза. По одной из версий, именно спецслужбы СССР организовали в 1988 году гибель президента Пакистана, Мухаммеда Зия-уль-Хака.
Предыстория
Генерал Мухаммед Зия-уль-Хак проводил политику исламизации Пакистана, поэтому и к исламистам-мятежникам в соседнем Афганистане относился весьма доброжелательно. При его попустительстве на северо-западе Пакистана возникло несколько лагерей афганских моджахедов. Сюда «душманы» отступали, чтобы получить медицинскую помощь и перегруппировать силы. Здесь же содержались захваченные боевиками советские военнопленные.
В апреле 1985 года советские солдаты подняли восстание в лагере Бадабер поблизости от Пешавара. Не сумев справиться с «шурави» самостоятельно, моджахеды запросили помощи у правительственной армии Пакистана. При штурме лагеря погибло как минимум 14 советских пленных, немногим узникам удалось спастись. Мухаммед Зия-уль-Хак приказал засекретить информацию об этом событии, однако для Москвы трагедия в Бадабере не стала тайной. 11 мая 1985 года советский посол вручил главе Пакистана официальный протест. Никаких санкций против Исламабада тогда не последовало, однако, вероятно, с тех пор Кремль окончательно внес имя пакистанского президента в список «нерукопожатных».
Гибель президента
17 августа 1988 Мухаммед Зия-уль-Хак вылетел в Исламабад с военного полигона Тейпур Тамевали. В районе Лахора президентский борт Lockheed C-130 Hercules стал странно вести себя в воздухе. Описав «мертвую петлю», как рассказывали свидетели, самолет рухнул вниз. Помимо главы государства, погибло еще 36 человек.
Расследование причин катастрофы, в котором участвовали американские эксперты, не смогло ответить на вопрос, что творилось в кабине пилота за минуту до падения. Пакистанская сторона в итоге склонилась к предположению о диверсии. Высказывалось мнение, что кто-то пронес в самолет контейнер с отравляющим веществом, снабженный часовым механизмом. В определенный момент из емкости распространился газ, который и поразил пилотов. Кроме того, в кусочках манго, найденных среди обломков самолета, были обнаружены следы взрывчатки пентаэритрола тетранитрата, т. е. на борту мог произойти взрыв (дым и огонь во время падения C-130 видели некоторые очевидцы).
Советский след
Версию о том, что к устранению Зия-уль-Хака причастны агенты КГБ, западные газеты выдвинули практически сразу же после катастрофы.
«Президент Зия был самым грозным противником Москвы в третьем мире», — отмечала 23 августа 1988 года газета «Нью-Йорк Таймс». В московской «Правде» даже была опубликована статья с опровержением этой версии, автор которой возлагал конечную ответственность за случившееся на Соединенные Штаты, которые якобы сделали Пакистан «гнездом террористов».
Как вспоминал посол СССР в Афганистане Николай Егорычев, после гибели Зия-уль-Хака он отправился в американское посольство, чтобы выразить соболезнование в связи со смертью американского дипломата, летевшего вместе с главой Пакистана.
«Есть подозрение, что это вы сбили самолет Зия-уль-Хака», — сказали ему американцы.
В ответ Егорычев заявил, что вовсе не СССР поставляет моджахедам «стингеры». Однако советский посол все же связался с «ребятами из разведки», которые подтвердили ему, что не имеют отношения к «внутренним пакистанским делам».
Существуют, впрочем, косвенные свидетельства о том, что афганские просоветские спецслужбы планировали диверсии в Пакистане, а советские специалисты обучали подрывному делу боевиков пакистанской оппозиции. Так это или нет, но в самом Пакистане в объективном расследовании гибели президента не был заинтересован никто — под конец жизни одиозный диктатор уже не пользовался никакой поддержкой. После падения самолета останки Зия-уль-Хака и других пассажиров горели несколько часов, что сделало проведение экспертизы весьма затруднительным.