Квартира у отца Эрнста была не только однокомнатной, с совмещённым санузлом, то бишь ванная и туалет в одном микрофлаконе, в два квадратика, но и сама квартирка была микро. С микрокухонькой и небольшой гостиной, тире, спальней.
Ко всему прочему, окружающая обстановка находилась в удручающем состоянии. Пожелтевшие и даже побагровевшие обои, рваные и с какими-то протечками. Почернелый потолок, с почти осыпавшейся побелкой.
Точнее сказать было бы некой желтухой. По краям явно прослеживалась плесень. Когда-то дощатые полы во многих местах лишились тех досок. В других местах доски перекосило. В третьих же, на полу были накиданы куски линолеума.
Мебели в комнатушке почти не было. Вся, какая имелась, выглядела уже не на одно тысячелетие эксплуатации.
- Бедновато, - констатировал увиденное Маратик.
- Да уж, - с явным раздражением сказал Эрнст.
- Отец... - протянул Эрнст. - Я его даже и не знал никогда.
Эрнст несколько слукавил. Когда-то в детстве, он смутно припоминал человека, который угостил его конфетами на прогулке, в детском саду. Мать, помнится, тогда была очень злой. С тем мужчиной она яростно тогда о чем-то ругалась.
Эрнст ещё раз оглядел квартирку.
За неё можно выручить, в принципе, какие-никакие деньги.
"Правда, - подумал Эрнст, - была бы она в каком-нибудь более крупном городе, стоила бы куда больше. Эх!.. Почему этот старый чудак не жил в Москве?"