Нашу победу сопровождал полуночный пёсий вой . С ним что-то происходило. В его переливах ощущалось что-то страшно-иррациональное, что-то вроде немого пения души погибшего маа. На сердце у меня потеплело. Души этих немногих всё ещё могли выйти из тьмы. Я решил на досуге разобраться в природе и горя, а пока надо было возвращаться. Я уже совсем было решил подняться и побрести в дом, как вдруг заметил игуру, стоявшую сены на противоположной стороне улицы. Это был женский силуэт в чёрном. Ночной вете шевелил её лосы. Игура смотрела на меня, не отводя глаз. Я сделал к ней шаг. Она помотала головой и отошла в тень. Я нахмуился и уставился на ену соседнего дома. Никого. Улица была пуста. Тогда я повернулся и пошёл к забору, за которым была сена нашего ома. Выглянув за него, я увидел ещё одну игру, стоявшую на фоне ночного неба. На этот раз это была самая обычная девушка, в белом, точно анфас, платье с кокошником и островерхой кофточке, подпоясанной ремешком. Она запрокинула голову, и по её ли