С географической точки зрения Турции повезло больше, чем любой другой стране. Во-первых, она соединяет Европу и Азию, а во-вторых, имеет выход к четырем морям. Именно этот фактор позволяет современной Турции проводить широкомасштабную агрессивную политику. Стоит отметить, что первые зародыши амбициозного возрождения Турции зародились в период распада Советского Союза. Тогда президент Озар сказал: «Турецкий мир будет доминирующим фактором на евразийском пространстве от Балкан до Великой Китайской стены».
Турки оказывали значительную поддержку российским сепаратистам на Кавказе, а также установили тесные отношения с бывшими советскими республиками, иногда вопреки желанию России. С начала 2000-х годов на политическом фронте появился премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу, автор новаторской книги «Стратегическая глубина». Благодаря его влиянию в Турции очень жив тезис о том, что Турция когда-то была великой державой и что в начале 20-го века у нее все отняли. Так родилось главное политико-идеологическое течение страны – «неоосманизм».
Сегодня турецкое руководство стремится вывести свою страну на вершину мира в стиле бывшей Османской империи, но при этом не боится использовать крайне радикальные методы. В качестве примеров можно привести закрытие границ Турции с Арменией, поддержку мусульман в Боснии, признание Косово, уничтожение российского самолета Су-24, боевые действия на территории Сирии и поддержку Азербайджана в Карабахской войне.
Современная Турция при Эрдогане идет по пути типичного империалистического развития с активной военно-политической экспансией, которая в некоторых случаях, откровенно говоря, напоминает реваншизм. Все очень просто: модернизация через империю требует больших ресурсов, которых у Турции нет. В основном это связано с охлаждением отношений с США и Евросоюзом и, прежде всего, с неэффективной экономической политикой Эрдогана внутри страны. Вся энергия направлена на внешнюю политику, на расширение регионального влияния. Важной частью этого является идеологическая индоктринация турецкого населения, которому прямо говорят, что без внешней экспансии не может быть хорошей жизни. Ситуация такова, что, если оппозиция вдруг придет к власти сейчас, ей придется годами ждать смены курса, а население не поймет тех, кто вдруг отвернется от великого учения Эрдогана.
Сдвиг в идеологии правящей Партии справедливости и развития от умеренного исламизма к открытому исламскому фундаментализму вызывает серьезное беспокойство. С каждым годом он привлекает все больше людей в наши южные районы. В ранее светских странах исламские обычаи постепенно возвращаются в повседневную жизнь, развивается религиозное образование, растет влияние мусульман в центральных и местных органах власти. Турки формируют общественное мнение так, чтобы новая Турция Эрдогана стала лидером мусульманского мира.
Экономический и образовательный компоненты внешнего влияния также играют важную роль в имперской модели развития. Инвесторы из Турции не только вкладывают крупные суммы денег в соседние государства и регионы, но и создают лоббистские группы для влияния на общественное мнение. Основными объектами влияния являются страны Центральной Азии, между которыми создается Турецкий совет, а Турция пытается позиционировать себя как аналог Европейского союза. Еще предстоит выяснить, насколько далеко распространится некогда «мягкая» сила Турции в сочетании с безумными амбициями турецкого лидера.