Кoгда Джеймсу Харрисону было 13 лет, он пeренёс тяжeлейшую хируpгическую операцию, в ходе котoрой ему было перелито более десяти литров донорской крови. После нее Джеймс провёл в больнице порядка трёх месяцев; за это время он успел изрядно переосмыслить свою жизнь и осознать, насколько важную роль в его спасении сыграла донорская кровь. Как только ему исполнилось 18, и он достиг требуемого для сдачи крови возраста, он немедленно пришёл в пункт сдачи крови Красного Креста. Там–то и выяснилось, что кровь Джеймса Харрисона в своём роде уникальна, так как в её плазме содержатся особые антитела, благодаря которым можно предотвратить резус–конфликт беременной матери с её плодом. Без этих антител резус–конфликт приводит минимум к анемии и желтухе ребёнка, максимум к мертворождению. Когда Джеймсу объяснили, что именно нашли в его крови, он задал только один вопрос. Он спросил, насколько часто можно сдавать кровь.С тех пор вот 60 лет каждые три недели Джеймс Харрисон приходит в медицинский пункт неподалёку от своего дома и сдаёт ровно 400 миллилитров крови. Нетрудно посчитать, что к нынешнему моменту он сдал уже примерно 377 литров крови. Регулярно сдавая свою уникальную кровь, Харрисон спас жизни новорожденных и ещё нерождённых детей буквально тысячами. Ценность Джеймса как донора была настолько высока, что жизнь Харрисона даже застраховали на сумму в миллион долларов. Кровь австралийца использовали не только для переливаний, но и для сложных биологических экспериментов; результатом этих экспериментов стало коммерческое лекарственное средство RhoGAM. Выделенными из его крови антителами был предотвращён резус–конфликт примерно двух миллионов беременных женщин по всему миру, включая жену самого Харрисона. Два миллиона женщин и столько же, если не больше, их детей, включая дочь Харрисона живы и здоровы благодаря вот этому дружелюбному старичку из Австралии