Случайный текст похож на треск разлетающихся скреп ок или слов, которые перестают удерживать их в равновесии, потому что новый смысл, который они дают, може ст но разрушить этот старый, если бы писавший егоимел волю – как, собственно, им и является. В любой другой момент я не стал бы утверждать это с такой определенностью, но, когдаеня разбудилколокольчик, я с некоторым удивлением понял, что этот простой факт относится уже не ко мне, а к миру, суествующеу п кким-то своим аконам. Кажется, он требовал тщательного и постоянного изменения не только внутренней, но и внешней жизни, в которуюя погружаля все глубже и глубже. Возможно, это происходило потому, что такая перемена в моем восприятии была за гранью моего понимания. Но с друой стороны, почти несомненно, я слышал именно колокола, хотя сам, конечно, не видел ни утреннего неба над морем, ни шумящих за окном деревьев. Эти колокола звонили мне в голову. Когда я понял это, я почувствовал себя значительно лучше и, оставив на время размышлен