Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Андрей Ванюков

Музей Леопольда, конечно, лишь часть культурного комплекса, который хоть и является в некотором смысле единственным в Европе

Музей Леопольда, конечно, лишь часть культурного комплекса, который хоть и является в некотором смысле единственным в Европе, тем не менее уже с момента проектирования расколол общественное мнение горожан на два лагеря. Более 25 лет венцы обсуждали, должен ли существовать музейный квартал или нет, и если да, то как именно. К единому мнению не пришли даже ко времени открытия, но прошли годы, музейный квартал потихоньку обживался, и все хорошее, что здесь происходило, говорило само за себя. Конечно, местный патриотизм также сыграл свою роль: Вена с ее полутора миллионами жителей теперь относится к десятке крупнейших мировых культурных центров. Музейный квартал получил даже прозвище «Муква» (MQ), а если в просторном внутреннем дворе проводится фестиваль, то приток масс гарантирован. Причиной споров и сомнений послужила та же уникальность комплекса, за которую не устают его хвалить, а именно — то, что квартал объединяет в себе старинную архитектуру и новые строительные решения. Нетрудно н

Музей Леопольда, конечно, лишь часть культурного комплекса, который хоть и является в некотором смысле единственным в Европе, тем не менее уже с момента проектирования расколол общественное мнение горожан на два лагеря. Более 25 лет венцы обсуждали, должен ли существовать музейный квартал или нет, и если да, то как именно. К единому мнению не пришли даже ко времени открытия, но прошли годы, музейный квартал потихоньку обживался, и все хорошее, что здесь происходило, говорило само за себя. Конечно, местный патриотизм также сыграл свою роль: Вена с ее полутора миллионами жителей теперь относится к десятке крупнейших мировых культурных центров. Музейный квартал получил даже прозвище «Муква» (MQ), а если в просторном внутреннем дворе проводится фестиваль, то приток масс гарантирован.

Причиной споров и сомнений послужила та же уникальность комплекса, за которую не устают его хвалить, а именно — то, что квартал объединяет в себе старинную архитектуру и новые строительные решения. Нетрудно найти множество примеров того, как во многих городах средневековые церкви прячутся среди небоскребов и уже в центре многих старинных музеев встроены современные помещения, чтобы обеспечить надлежащий уровень технологического обслуживания хранилища. А вот в «Муква» все иначе. Здесь старое и новое объединены функционально. И в построенных в XVIII веке по проекту Фишера фон Эрлаха барочных зданиях оборудованы культурные учреждения так же, как и в прилегающих домах, — и таким образом возникло совершенно особенное единство.

Вытянувшийся на 370 метров желтый, как дворец Шенбрунн, фасад императорских конюшен скрывает совсем не то, что ожидает посетитель, когда входит через великолепные ворота и попадает в просторный внутренний двор. Когда приходишь сюда в первый раз, то невозможно сдержать своего разочарования при виде двух неуклюжих кубических построек по углам, абсолютно не гармонирующих с изящным зданием в стиле барокко. И трудно решить, какое из двух сооружений выглядит более вызывающе: мрачный темный базальтовый куб кажется чем-то вроде крепости, войти в которую можно только по крутой боковой лестнице. В этом здании — почти не допускающем внутрь естественное освещение, как становится ясно уже по его внешнему виду — весьма плотно размещены коллекция Музея современного искусства (MUMOK) и собрание Людвига. Другое здание, Музей Леопольда, хоть и сияет снежной белизной и имеет атриум, но выглядит ничуть не лучше. Оба модернистских куба снаружи связаны лестницей с помещениями бывших императорских зимних конюшен, поскольку расположены на склоне. Перепад высот составляет 30 метров, а ведущая от Музея современного искусства лестница и кофейный дом, относящийся уже к расположенному в центре ансамбля барочному корпусу Кунстхалле, по замыслу авторов проекта призваны объединить столь стилистически разные постройки. Оба больших новых музея имеют подземные этажи, поэтому в лифтах, которых к тому же явно недостаточно, вечная путаница из-за нумерации уровней. Однако нарекания к строителям завершились переделками лишь в помещении Музея современного искусства.

Центральный корпус Кунстхалле скрывает за позднебарочным фасадом простые, ясные и чистые формы. Выставочный комплекс, ранее временно размещавшийся в желто-голубых «коробках» ИКЕА на Карлсплатц, обрел наконец свое окончательное пристанище в этих залах, которые отлично подходят для временных экспозиций. Здесь же находятся и два больших театральных зала, Е и G, вполне пригодных для профессиональных постановок, в которых всегда проходят недели Венского фестиваля, а также время от времени гастрольные спектакли. Именно в этих залах удалось спасти то из прошлого убранства, что еще подлежало восстановлению. И хотя на лестничных пролетах и переходах никто и не пытался воспроизводить барочные украшения, тем не менее они отлично сочетаются с отреставрированными интерьерами. В стенах залов кипит активная танцевальная жизнь. Они прекрасно для этого оборудованы и потому здесь работают не только лучшие представители мира танца со всего света, но и местная экспериментальная студия.

Наряду с прочим используются и два прилегающих двора бывших конюшен. Отдельное крыло отведено Венскому архитектурному центру. Его выставки, информационно-коммуникационный центр, библиотека и отнюдь не в последнюю очередь кофейня занимают немалую площадь. С архитектурной точки зрения интересно решен интерьер кафе, причем в значительной степени благодаря сохранившимся старинным фрагментам.