Может показаться странным, но кровь стынет в жилах , когда я думаю о том, что случится со мной в будущем, – продолжал Кеша, – но… Да, лучше быть просто правдой, чем просто призраком. Больше всего на свете мне хочется быть вот таким. Хоть ненадолго. Пока я не вспомнил, кто я есть на самомдел». Пмолав,Кеша задумчиво прибавил: «Когда я – душа, мне просто трудно осознать, что меня ждет после смерти». Следователь почти плакал. «Черт знает что», – сказал он. «Все-таки, хоть он и учитель, – сказал полковник, – но человек он правилный. Эх, жаль, дело не закрыто, – добавил он мечтательно, – сколько дел можно было бы раскыь, колько жути птерять. Жалко, напрасно его арестовали…» И действительно, следователь был свободен до двух часов, что позволяло ему уехать в Москву. И он действительно уехал в Москву, написав на прощание: «Уехали тогда, когда он болье всего этого хотел». А Лев Николаевич все еще надеялся, что все образуется. И действительно, очень скоро в Москве случилась новая трагедия, сравни
