Классическая трактовка бессмертной комедии Александра Сергеевича Грибоедова «Горе от ума» звучит так: «Сатира на аристократическое московское общество первой половины XIX века – одна из вершин русской драматургии и поэзии. Афористический стиль способствовал тому, что она разошлась на цитаты».
Живи Грибоедов сегодня, слуги нынешних управляторов нашей страной назвали бы его разными ругательными словами: антикваkceр, отщепенец, инoaгeнт и так далее. Но Грибоедов не был ни засланным с Запада инoaгентом, ни оппозиционером. У него просто болела душа за Родину.
Более того – он верой и правдой служил Российскому государству, будучи Статским советником и дипломатом, представлявшим интересы России. Он и погиб, будучи министром-резидентом (послом) России в Персии (современный Иран) 30 января 1829 года от рук местных фанатиков, когда российская миссия отправилась представляться Фетх Али-шаху в Тегеран.
Так о чём же монолог Чацкого, вышедший из под пера Грибоедова в его сатирической комедии «Горе от ума»?
Приведу несколько цитат из этого монолога – его до сих пор учат в школе, но мало кто узнаёт в зеркале 200-летней давности нынешнее общество. Современные школьники точно не узнают – они не могут сопоставить слова Чацкого с тем, что льётся из телевизора (ибо его не смотрят) и правдой жизни (ибо её им на уроках не объясняют).
Чацкий:
«А судьи кто? – За древностию лет
К свободной жизни их вражда непримирима,
Сужденья черпают из забытЫх газет
Времён Очаковских и покоренья Крыма;
Всегда готовые к журьбе,
Поют всё песнь одну и ту же,
Не замечая об себе:
Что старее, то хуже.
Где, укажите нам, отечества отцы,
Которых мы должны принять за образцы?
Не эти ли, грабительством богаты?
Защиту от суда в друзьях нашли, в родстве,
Великолепные соорудя палаты,
Где разливаются в пирах и мотовстве…»
Прошло два столетия, а вопрос после небольшой отдушины в 70 лет всё тот же: «Где отечества отцы, которых мы должны принять за образцы?» Может быть, это не к ночи будь помянутый рыжий реформатор, ныне успешно совладеющий производством модной жидкости? Или это протеже Терешковой?
А это про кого: «Не эти ли, грабительством богаты?» На кого намекает Грибоедов? Неужто на высокие чины? Не может быть. Речь, наверное, идёт о каком-нибудь мелком градоначальнике мелкого городка в Богом забытой дали, пойманного на страшной взятке в три рубля.
Хотя Грибоедов устами Чацкого и на это даёт намёк за 200 лет до появления современных бордюров:
«Или вон тот ещё, который для затей
На крепостной балет согнал на многих фурах
От матерей, отцов отторженных детей?!
Сам погружён умом в Зефирах и Амурах,
Заставил всю Москву дивиться их красе!
Но должников не согласил к отсрочке:
Амуры и Зефиры все
Распроданы поодиночке!!!»
Не правда ли узнаваемый персонаж?
Грибоедов позволяет себе и совсем уже непозволительные для XXI века высказывания, от кары за которые его спасает только то, что он ушёл из жизни в XIX веке:
«Мундир! Один мундир! Он в прежнем их быту
Когда-то укрывал, расшитый и красивый,
Их слабодушие, рассудка нищету…»
Как и сегодня укрывают эти особенности мундиры бордово-краповых цветов людей в непонятных погонах, наводящих шорох на российские города и веси.
Монолог Чацкого из «Горя от ума» – реальный повод для грусти вдумчивого человека, любящего свою Родину. Прошло 200 лет – ничто не изменилось. Разве что смартфонов тогда не было. И телевизора. А головы и повадки многих какими были, такими и остались.