Полдень. Пустынная загородная деревенька. Заехавший сюда по случайности автомобилист может заметить то, что дома здесь выглядят как самые настоящие барские хоромы. Это был довольно богатый район, соответственно очень ухоженный. Домики стояли в ряд с ровно выстриженными зелёными газонами, фигурными кустами, рядом не было ни одного покосившегося сарая, который бы доживал свой век в высоких зарослях непонятного происхождения.
Когда гуляешь мимо высоких заборов по дороге, то видишь только вторые, третьи этажи и небо. Даже небо казалось искусственным, облака как будто нарисованными. Это был именно тот район с обложки журнала, дом который ты даже не надеешься купить, потому что хочешь остаться при своих органах.
В середине этого чудо-района и стоял такой уникальный, но в то же время совершенно растворяющийся среди сотен других, дом. Единственное, что его отличало от других-это цветы. Самые настоящие, красивые, которые пахнут не пластиком и клеем, а прекрасными цветочными ароматами. Высажены они были красивыми полукругами, полосами, витиеватыми узорами до большого дерева, тень от которого падала на беседку, и как по канону на большой ветке дерева были закреплены качели. Сидя в беседке можно было почувствовать, распробовать аромат каждого цветка, свежепостриженного газона - настоящий запах свободы и беззаботности.
Дом был всего в два этажа выкрашен в светлые тона, но парадная дверь у этого дома была именно парадная не входная, потому что к ней вела широкая лестница, переходящая в некий балкон или площадку, с которой было видно все цветы, беседку и дерево.
Иногда хозяин этого дома любил садится в кресло и просто наблюдать за своей дочерью, любоваться ею. Для него она была краше всех цветов, её запах был для него самым сладким, её движения были плавными и спокойными, он считал её самым лучшим творением, поэтому хранил её, как засушенный между страницами цветок - бережно. Он пытался спрятать её от всего мира, хотел оградить от ошибок и напастей, которые могли бы причинить ей как душевную, так и физическую боль.
Даже в детстве, когда Фрида стала активно познавать мир, набивать первые синяки, отец был готов сделать все твёрдые поверхности лёгкими как облака, лишь бы его девочка не плакала. Его жену всегда смешило его слишком трепетное отношение к дочери, потому что оно и правда доходило до абсурда.
Но я ни в коем случае не хочу сказать читателю, что Фриду мама любила меньше, нет. Она была желанным ребёнком. Из-за некоторых проблем со здоровьем их дом долгое время был пустым, серым, даже мрачным, но после появления Фриды в жизни её родителей началась светлая полоса. Они хотели для неё всего лучшего, как и любой родитель. Но на удивление деньги родителей её совсем не избаловали, она выросла скромной, сдержанной, умной девушкой.
Обучалась она на дому, родители уделили должное внимание её образованию и хобби. Фрида занималась танцами, пыталась рисовать, вышивать, что только она не пробовала, но полюбились ей именно цветы. Она могла часами сидеть в них, поливать, пропалывать— ухаживать. Её маму всегда удивляли старания дочери, ведь цветы не цветут круглый год и будут радовать глаз совсем недолго, но это было единственное увлечение, которое затянуло Фриду.
Для родителей она была любимой дочерью, которую они взращивали своими силами вот уже 16 лет.
