Мутная вода текла в обмелевшей городской речке, перенося с собой обычный мусор, который по пятам следует за человеческой цивилизацией. Берега также не отличались чистой, особенно в этом месте, под мостом. Здесь уже десятки лет собираются городские люмпены, используя интимную тень моста для сокрытия своего быта, следы которого видны тут и там. Тут и всевозможные бутылки, и грязные пакеты, и остатки жженой резины…
Но сейчас это место пустовало и лишь один человек копошился на берегу водоема. Откуда-то сверху доносился непрекращающийся шум машин, несущих своих хозяев к абстрактному успеху. А здесь, на замусоренной земле, отчаявшийся молодой человек закончил свои скромные приготовления. Он тяжело опустился на край небольшого обрыва, свесив ноги. Над ним бесшумно пошатывалась новенькая петля. Белая бельевая веревка, контрастировала с окружавшей серостью и казалась совершенно неуместной в этом антураже. Она уходила куда-то вверх в темное нутро моста, где крепилась на ржавый, торчащий из бетона, штырь.
Если бы парень, которого, кстати, пару десятков лет назвали Семёном, курил, то именно этим бы он и занялся. Но его легкие были чисты, чего не сказать про покосившийся, задернутый одиночеством рассудок. Он давно к этому шёл, неустанно разочаровываясь то в одной, то в другой сфере своей непродолжительной жизни. И, наконец, ответив на мучивший некоторых философов XX века, Семён отправился на свою плаху.
Возможно, раньше, глядя на белую веревку, Семён бы разрыдался или бы отбросил дурные мысли и вернулся домой, но в сегодня всё было иначе, и он испытывал лишь облегчение от того, что муторный этап подготовки завершен.
Парень ещё раз окинул ясным взором окружающее пространство. В раскинувшихся на берегу кустах показалась лохматая голова не по-уличному ухоженного полосатого кота. Животное вальяжно выбралось из зарослей и грациозно переступая через разбросанный мусор направилось к воде. На шее пушистого кота побрякивал именно жетончик, какие вешают на своих питомцев хозяева, свободно отпускающие животных на улицу. Обрадовавшись появлению живого существа, Семён радостно подозвал кота. Тот нехотя повернул голову на зов, поглядел отстранённым взглядом на борца с судьбой, и, издав недовольный звук, развернулся. Парень ещё раз позвал животное, но то продолжило удаляться, не обращая более никакого внимания на парня.
- Что ж, даже ты ушел, - произнес Семён расстроенно. – Хотя кот его, конечно же, уже не слышал.
Ещё раз горько вздохнув, парень снял легкую ветровку и аккуратно сложил её в лежавший неподалеку портфель. Теперь, оставшись только в любимых джинсах и рубашке, Семён выглядел прекрасно. Мертвенно спокойное выражение лица, лишь подчеркивало его образ.
Громко выдохнув, парень отправился к петле, в очередной раз прокручивая все необходимые, по его мнению, предсмертные ритуалы. Накинув веревку на шею, он вдруг вспомнил о чем-то очень важном, но тут же об этом забыл, ведь из кустов (не из тех откуда выходил кот) показался мужчина средних лет. Он торопливо шел, озираясь по сторонам, было понятно, что место для него совсем непривычно, впрочем, и по внешнему виду на люмпена он совсем не походил. Заметив Семёна, мужчина выкатил свои и без того широко открытые глаза, и спешно прошагал мимо, боязливо поглядывая на парня.
Когда незнакомец проходил совсем рядом, Семён, повинуясь выработанным хорошим воспитанием инстинктам, громко поздоровался. Мужчина, видимо, не был так же прилично воспитан, потому как вместо ответного приветствия издал сдавленный хрип, оступился, чуть не повалившись на грязную землю, и поспешил прочь.
Это очень рассмешило Семёна, настолько, что он даже снял веревку с шеи, так и не успев её затянуть, и снова уселся на край обрыва, с которого минуту назад готов был прыгать.
Посмеявшись вдоволь и переведя дух, Семён внезапно для себя, обнаружил, что снизу, прямо у воды сидит ещё один человек. Это был взрослый мужчина. Точнее про его возраст ничего нельзя было сказать, потому что лица его не было видно. Свидетели, а уж тем более спасатели Семёну были не нужны, потому человека снизу надо было как-то прогнать. Но как? Не подойдешь же к нему со словами: «Простите, пожалуйста, я сейчас тут вешаться буду, не могли бы вы уйти на пару минуток?». Очевидно, такой подход не годился.
Решение предложил сам мужчина, внезапно громко, обратившись к парню:
- И чего ждешь?
- Что? – ошарашенно переспросил парень.
- Ты ведь вешаться собрался, правильно? – Спросил с усмешкой мужчина. – Или просто так петлю нацепил?
- Ну да, именно этим я и…
- Так чего медлишь? Давай уже скорее. – Резко перебил Семёна мужчина.
- А чего это вы меня торопите?! – внезапно рассердился самоубийца.
- Не, ну что такого? Раз пришел сюда – значит уверен, а если уверен, то, чего мяться? – вполне логично заметил мужчина.
- Ну знаете! – Семен очень злил этот отстраненный тон незнакомца, но большее негодование вызывало то, что ему совсем нечего было ответить на его слова.
- Знаю-знаю, и что дальше?
- Не каждый день вешаюсь, вообще-то! – выпалил, наконец-то парень.
- Ой, простите, не знал, что ты такой нежный, - сказал мужчина с усмешкой. – Надеюсь, ты на меня не пожалуешься.
- Да кто вы вообще такой?! – спросил Семён. – И зачем тут сидите?
- Прости, но на первый вопрос я ответить тебе не смогу, - загадочно произнес мужчина, понизив тон. – А вот на второй легко! Я жду тебя, парень.
- В каком это плане ждете? – от этих слов по спине молодого человека побежал нехороший холодок.
- Мы с тобой прекрасно понимаем зачем ты сюда явился – это очевидно. Но ведь после твоей смерти душа останется тут, а у нас так не положено, - произнес мужчина, тряся поднятым вверх указательным пальцем. – Поэтому я её хвать! И с собой унесу!
Злоба стала сменяться вполне явственным страхом, Семен попятился назад, пытаясь разорвать дистанцию с сумасшедшим (в психическом здоровье незнакомца Семен уже не сомневался).
- Да не боись ты, куда пошел? – Спросил мужчина усмехаясь.
Он все также сидел спиной к парню, не раскрывая лица.
- Думаешь, что я какой-то городской сумасшедший, или что похуже? – мужчина вновь усмехнулся. – А ты зайди в петлю и разговор у нас уже будет другой!
- Да что вы такое несете?! – выдавил из себя Семён.
- И почему вы все так меня боитесь? Приходите ведь с четкой уверенностью всё закончить, а общаться начинаешь, так сразу трястись как овцы начинаете!
Семен, ничего не отвечая, тихо подхватил портфель, дрожащими руками, и стал медленно отступать, не спуская взгляда с незнакомца.
- Стоять! – резко повысил голос неизвестный. – Веревку снимай!
- Ч-что? – выдавил из себя парень заплетающимся языком.
- Я говорю, веревку снимай и с собой забери, нечего тут этому висеть.
Семен проглотил ком, вставший в горле и принялся неуклюже снимать веревку. Пальцы не слушались, криво завязанные узлы все никак не хотели развязываться. С каждой секундой парню становилось все страшнее, фигура незнакомца, все также невозмутимо сидевшего на берегу, вызывала все большее опасение. Время тянулось как смола и, кажется, прошло не меньше часа, прежде чем веревка поддалась и слезла с холодного штыря.
- Молодец, - проговорил незнакомец каким-то холодным, грубым тоном. – А теперь прочь отсюда.
Последняя фраза прозвучала каким-то низким замогильным голосом, совсем не похожим на тот, какой был у человека в начале беседы. Семён, ничего не говоря рванул прочь, не разбирая дороги, то и дело оступаясь и поскальзываясь на бутылках и прочем мусоре, раскиданном по берегу.
Человек громко рассмеялся вслед убегающему, но парень его уже не слышал. Наконец, успокоившись и придя в себя, мужчина удовлетворенно погладил себя по голове и проговорил, поднимаясь с насиженного места:
- Вот так всегда, борешься за них, а они даже спасибо не скажут!
Незнакомец огляделся по сторонам, удостоверившись, что никого вокруг нет, а затем зашел за бетонную колонну моста. Через несколько секунд с другой стороны колонны вальяжно вышел полосатый домашний кот, с именным жетончиком на шее. Животное неспешно прошло под мостом, по-хозяйски осматриваясь, а затем быстро юркнуло в ближайшие кусты.