Из обломков старого мира (часть 4)

-Пап, ужасы за стенами Абельвольской тюрьмы, на самом деле так ужасны?- сердце мальчика замерло. Учительница рассказывала о зверских пытках, о том, что люди там не видят света. Да, для убийц, каннибалов, насильников это справедливо, но, а как же люди, которые попали туда по ошибке, а таких было не мало, или те, которых отправили туда частники?

-Егор, люди, попавшие туда, заслуживают того, что там происходит,

-Смерть лучше жизни там,- почти беззвучно произнес мальчик

- В этом наказание их душам за деяния,- так же тихо проговорил отец,- тюрьма - пытка для тела, а тело тюрьма для души.

Егор задумчиво кивнул.

Отец вышел. А Егор и не возражал, им больше не о чем было говорить сейчас. Мысли мальчика занимали думы об Абельволе.

Этот город был из тех, что возвели на распаде, когда- то Великой Империи. Таких городов было три: Флоранбель- город-тюрьма, куда мечтал попасть каждый не только узник, но и каждый надзиратель, там не было убийц или других шибко аморальных личностей, туда собирали « таланты», например, был там у них фальшивомонетчик, который здесь занимался разработкой новогосударственной монеты, или фармацевт, который лечил себя сам, своими таблетками и вылечил от рака, но чуть не помер- еле откачали, он проходил по статье попытка суицида, так вот он занимается лекарствами, только в хороших лабораторных условиях, а не в подвале своего полусгнившего деревянного дома, в коем окна заколочены досками. Люди, которые полезны новому государству отбывают свой срок там, на полном обеспечении, и остаются в этом городе до конца своих дней, но не потому, что так нужно, а потому, что так хотят. Несмотря, на усиленную охрану, там нет тех рамок как в привычных миру тюрьмах. Заключенные ходят в магазины, живут со своими семьями, если те у них есть, если нет, то они имеют право завести. Город весь в зелени, детских площадках, озерах – одним словом – мечта. Меримал больше походил на традиционную тюрьму, но и тут все было с пользой для государства и общества. Узники занимались сельскохозяйственными работами. В их обиходе была половина скота всего государства! То есть город-тюрьма был фермой. Урожай, который взращивался там, расходился по всей новой стране. И лишь 0.01%, выращенного там оставался внутри города. Те узники, кто был стар для тяжелых фермерских работ, шили, вышивали, делали различные фигуры из дерева, игрушки. Такой эко мир был не сказать, что промежуточным вариантом. Но сюда ссылали не талантливых, но и провинившихся не по самым тяжелым статьям. Таким как убийство по неосторожности и другие. Третий город-тюрьма существенно отличался от двух, других городов. Абельволь был адом на земле. Сюда ссылали без права амнистии, совершенно справедливо. Каннибалы, серийные убийцы, насильники…
Эту категорию зеков переставали считать за людей, как только их нога переступала границу между «нормальным миром» и Абельволем.
Они становились расходниками, как казалось Егору, это было слишком жестоко даже для таких нелюдей. Над ними ставили опыты. Те пилюли, которые ваяли фармацевты в стенах Флоранбеля, привозили сюда и накачивали ими Абельвольцев, не важно больны были те или здоровы. Все те, опыты, которые раньше ставили на животных, теперь проводились тут. А еще подопечные Абельволя были лесорубами, шахтерами, работниками нефтяных платформ.. в общем, там, где сложно и опасно, там, где новое государство не считает человеческие потери. Работы в Абельволе не прекращались ни на минуту. Попытка бегства приводила не только к смерти беженца, но и тех, кто попадался под руку тюремщиков.

Сюда попадали еще и люди, неугодные верхушкам правительства, а иногда и тем, кто просто достаточно заплатил. Случайный любовник жены мера столицы нового государства, вор, ограбивший сарай владельца ореховой фабрики, сбитый на светофоре сыном депутата пекарь…не важно каким было преступление, и было ли совершено преступление вообще, главное количество нулей, переведенных на счет, ответственному за пересылку людей в этот ад. По этой причине текуча кадров в Абельволе была постоянной, и недостатка рабочей силы не было. Переутомление, постоянное воздействие медикаментов, разрушающих психику, органы, вспыльчивость тюремщиков, многие другие аспекты редко позволяли пережить Абельвольцам первый год их заточения там.

Переходи в профиль! Читай продолжение!