Отпуск мы, и в самом деле провели у Василия дома. Точнее я отдыхала. Он же, практически, всё время проводил за компьютером, доводя до ума проект, держа связь с Егором онлайн. С одной стороны было несколько обидно, что я тут в одиночестве, но с другой… я была безмерно рада за него. За его увлечённость этой идеей, его глаза горели оптимизмом и сам он излучал уверенность. Вера Ивановна удивлённо следила за сыном и радовалась переменам:
- Машенька, господи, как же хорошо, что он встретил тебя, - восклицала она.
- Вера Ивановна, вы меня переоцениваете, - смущалась я.
У неё был выходной и мы отправились вдвоём на озеро. Василий отказался, сославшись на проект.
- Ни в коей мере, - закачала она головой.
- Ну-у… - растерянно протянула я.
- Мария, - сказала она очень серьёзно. - Я действительно боялась его потерять. Он был как замороженный, ничто его не влекло, не интересовало. Знаешь, когда бывает человек задумывается и смотрит в одну точку и даже не помогает мелькание рук перед глазами.
- Знаю, - выговорила я.
- У Василя именно такое состояние было в течение года, если не больше. Но вдруг сорвётся куда-то, вернётся домой в непотребном виде, то грязный, где уж он был неизвестно, то пьяный до такой степени, что идти не мог. Сидел в своей комнате, всё только в ноутбук свой и смотрел. То курил одну за одной, я у него все карманы проверяла, вытряхивала… ругалась с ним, ох, ведь мог же… - она приложила руку к груди.
- Вера Ивановна, успокойтесь, пожалуйста. Сейчас всё хорошо, - успокаивающе заговорила я.
- Да. Именно поэтому я очень тебе благодарна, Машенька, - взглянула она на меня.
- Взаимно, Вера Ивановна. Я серьёзно. Если бы не Василий, у меня не было бы шансов, хотя бы помечтать стать мамой, - совершенно искренне ответила я.
- Всё хорошо сложилось, - покивала она головой.
Мы посидели молча. Здесь действительно было хорошее место, тихое, спокойное. Я смотрела на гладь воды и всё думала о нашей встрече. И как радовалась тому, что всё это произошло. Снова вспомнились его глаза тогда, когда он смотрел на меня, спустившись на пол-этажа вниз. Впрочем, и сейчас меня охватывала волна, когда он смотрел на меня.
- Вера Ивановна, извините за дурацкий вопрос… - начала я рассеянно.
- Да? – удивлённо вскинула она голову.
- Мне только одной кажется, что у Васи глаза меняют цвет?
- Почему это? То есть, Маша, эту его особенность я заметила ещё лет в десять. Всё поражалась этому, – потом усмехнулась. - И, кстати, думала, что я одна это вижу. А почему ты спросила?
- Меня поразил этот факт. У него то зелёные, то голубые, а иногда всё сразу, как вода морская. Удивительно просто. Только, когда ему сказала – не поверил.
- Ничего убедим, – приподнято проговорила Вера Ивановна.
Я несколько замешкалась, но всё же спросила:
- Вера Ивановна, а как по поводу моего лечения?
- Машенька, не волнуйся. График я тебе уже составила. Он дома, вечером посмотришь. У тебя действительно очень хорошая возможность, – она заговорила наставительно, но с усмешкой в глазах. - И подарите мне наконец внуков!
Я прыснула со смеху, подняла на неё глаза:
- Ох, Вера Ивановна! Мы очень постараемся.
- Уж, постарайтесь, - рассмеялась она.
Возвращались домой, уже вечерело. Лето в этом году выдалось замечательное. И даже жаль, что катилось к концу. Через две недели осень. Короткое, но хорошее лето.
- Ну, где вы ходите? – Василий сидел во дворе дома у накрытого стола. Мы переглянулись.
- А что?.. – удивилась Вера Ивановна. - Праздник какой? Шампанское?
- Вась? – присоединилась и я. - Вроде ничего не намечалось?
- Девчонки, - он так и называл нас вместе – «девчонки». - Приземляемся за стол. Сейчас поведаю.
- Загадочный ты сегодня, - улыбнулась Вера Ивановна.
Уселись и уставились на него. Он открыл бутылку, разлил по бокалам шампанское, поднял свой:
- За новое дело и первого клиента.
- Ох… надо же, - Вера Ивановна даже за сердце схватилась.
А я изумлённо выдохнула:
- Вау… правда что ли?
- Правда. Ура? – удивительно менялись его глаза.
- Ура! – подхватили мы.
Василий подробно рассказывал об этом клиенте. Фирма была небольшой, но, как говорится, лиха беда начало. С Егором у них получился замечательный тандем. И я так была рада за Василия, он горел этой работой, такое воодушевление и словно сбросил лет десять, прямо, как мальчишка, если бы не наполовину седые волосы.
- Вера Ивановна, - обратилась я к его матери, указывая на лицо Василия. - Вот сейчас, это же просто невооружённым глазом видно?
Она серьёзно покивала головой.
- Что видно? – не понял Вася.
- Да, глаза твои, - сказала его мама, подперев рукой щёку.
- И? Что-то не так?
- Цвет они у тебя действительно меняют. Вот же особенность какая, - пожала она плечами.
Он усмехнулся, посмотрел в мою сторону:
- Да ну и пусть, меняют и ладно. Всё для вас.
Позже Вера Ивановна, вручила нам календарь. Наш персональный. По нему выходило, что нам надо прямо сейчас и немедленно. Что нас привело в некоторое замешательство и смущение, несмотря ни на что. Вера Ивановна, пряча улыбку, пожелала нам доброй ночи и ушла в дом.
Я рассматривала календарь, Василий смотрел через моё плечо и проговорил:
- Однако? Сегодня, завтра… и ещё три дня. Классно! - я ткнула его в бок. Он охнул и рассмеялся.
- Марафон. Выдержишь? – повернула голову, пытаясь разглядеть его лицо.
- Без проблем, - уверенно ответил он.
- Да-а?! А кто последние дни валился, как дуб подпиленный? – поддела я его.
- Так графика ещё не было, - ухмыльнулся он.
- Вот как! Ты теперь только по графику ко мне приближаться будешь? – возмутилась я.
- В целях улучшения качества, - заговорил, как на лекции. - Взаимодействия…
- Эй! Стоп, стоп, - воскликнула прервав и повернулась к нему. Глаза меняющиеся, смешливые и одновременно такое притяжение и нетерпение в них.