Невероятно, но ушедшая Россия пахла для Ивана Шмелева миндалем. Помните, как они в "Лете Господнем" его давили, делали к посту молочко, как потом Ваня таскал выжимки? Давка миндаля - как воспоминание о самом светлом и безопасном времени: заговенье, праздничная литургия, предощущение строгого счастья в пост. И миндаль. Изобилие вчерашних крепостных.
А "Солнце мертвых" до того вообще все построено на образе миндаля, там полностью композиция стоит на миндале как символе уходящей жизни. Метафора счастья - купил сад и засадил его миндалем. Метафора горя - продал миндальный сад. Метафора разрушения - "весь миндаль обобрали, 12 пудов". Уходят из жизнь тоже с миндалем, освобождение через горький миндаль: жарят абрикосовые косточки, кто - обезумев от голода, кто - чтобы приблизить конец.
Последние части "Солнца мертвых" написаны "с верхушки миндального дерева" - рассказчик как бы с осыпавшейся кроны миндаля наблюдает за закатом Крыма. И заканчивается "Солнце мертвых" криком дрозда, сидящего в миндале. Тамарку увели, короворез плачет, павлин Павлуша пошел на перья, у матросов под боком крадут последнее мясо. Дрозд и тот голодный.
"Лето Господне" - воспоминание о детском миндальном счастье, увиденном с закорок отцовского работника Горкина.
"Солнце мертвых" - закат России, подсмотренный с вершины облысевшего миндаля
Выбор образа не случаен. Василий III, отец Ивана Грозного, перед отходом просил миндальной кашки. Поел и принял постриг. Миндаль на Руси ели, это была постная пища всех слоев населения, кроме самых бедных крестьян. И миндальное молоко, которое сегодня вовсю у нас идет за открытие диетологов, наравне с, прости господи, маслом "гхи", было известно еще со времен Киевской Руси, его заготавливали к посту. Миндальная кашка, те самые миндальные выжимки, которые мы видим у Ивана Шмелева, это еда первых дней поста. От поста ждали очищения, облегчения души, миндальная кашка ассоциировалась с первыми светлыми днями поста, ожиданием легкости, предстоящего общения с богом.
В общем, чем-чем, а миндальным молоком православную Россию удивлять бы не стоило: Россия бросила давить миндаль за сто лет до того, как это принялись вводить в моду рванувшие в ашрамы дауншифтеры.
Вы, между прочим, представляете, каким ужасом казалось для доживших до советской и постсоветской России старых людей продажа абрикосовых косточек под видом миндаля? В 90-е часто подделывали. И я помню отравления "горьким миндалем" - в косточках же синильная кислота. Для русского крестьянина или купца подделывать миндаль было равноценно краже из кармана покойника - страшный грех.
Может, как-нибудь напишу с цитатами про миндаль у Шмелева. Для Дзена не напишешь, он сочтет за плагиат. Для Фейсбука такую работу проводить лень. Может, и впрямь сподоблюсь как-нибудь на большое эссе о Шмелеве.