Едва ли можно усомниться в том, что это положение было предназначено теми
, кто его создал, для возвращения того, что мы называем беглыми рабами;
и намерение законодателя-это закон. Все члены
Конгресса клянутся в своей поддержке всей Конституции-
этому положению так же, как и любому другому. Таким образом, в отношении предложения
о том, что рабы, дела которых подпадают под действие этого пункта
, "должны быть освобождены", их клятвы единодушны. Теперь, если бы они
приложили усилия в хорошем настроении, не могли бы они почти
установить равное единодушие и принять закон, с помощью которого можно было бы выполнить
эту единодушную клятву?
Существует некоторое различие во мнениях
о том, следует ли применять это положение национальным или государственным органом; но, безусловно, это
различие не является очень существенным. Если раб должен быть
сдан, то для него или для других может иметь мало значения
, по чьей власти это делается. И должен ли кто-либо в любом случае
довольствоваться тем, что его клятва будет нарушена из-за просто необоснованного
спора о том, КАК ее следует соблюдать?
Опять же, в любом законе по этому вопросу не должны соблюдаться все гарантии
свобода, известная в цивилизованной и гуманной юриспруденции, должна быть введена,
чтобы свободный человек ни в коем случае не был сдан в рабство?
И не было бы в то же время разумно предусмотреть законом
применение той статьи Конституции, которая гарантирует, что
"гражданин каждого штата имеет право на все привилегии и
иммунитеты граждан в нескольких штатах"?
Сегодня я приношу официальную присягу без каких-либо мысленных оговорок
и без цели истолковать Конституцию или законы с помощью
каких-либо гиперкритических правил. И пока я не решаю сейчас уточнять
конкретные акты Конгресса, подлежащие исполнению, я полагаю
, что для всех, как на официальных, так и на частных участках, будет гораздо безопаснее
соответствовать и соблюдать все те акты, которые остаются нераскрытыми,
чем нарушать какие-либо из них, полагая, что они останутся безнаказанными
, если их сочтут неконституционными.
Прошло семьдесят два года с момента первой инаугурации президента
в соответствии с нашей национальной Конституцией. В течение этого периода пятнадцать различных
и весьма выдающихся граждан последовательно руководили
исполнительной властью правительства. Они провели его через
много опасностей, и, как правило, с большим успехом. Тем не менее, учитывая весь этот объем
прецедентов, я теперь приступаю к выполнению той же задачи на короткий конституционный
четырехлетний срок с большими и особыми трудностями. Разрушение
Федерального союза, которому до сих пор только угрожали, теперь предпринимается серьезная попытка.
Я считаю, что в соответствии с универсальным законом и Конституцией
Союз этих государств является вечным. Бессрочность подразумевается,
если не выражается, в основном законе всех национальных правительств.
Можно с уверенностью утверждать, что ни у одного правительства никогда не было положения
в своем органическом законе для его собственного прекращения. Продолжайте выполнять все
четкие положения нашей Национальной Конституции, и Союз будет
существовать вечно-его невозможно уничтожить, кроме как некоторыми действиями
, не предусмотренными в самом документе.
Опять же, если Соединенные Штаты являются не собственно правительством, а просто ассоциацией
государств по характеру контракта, может ли он, как контракт,
быть мирно расторгнут менее чем всеми сторонами, которые его заключили?
Одна из сторон контракта может нарушить его-нарушить, так сказать;
но разве это не требует, чтобы все законно отменили его?