Выручали орехи. Ни еды, ни воды не требовалось. Теперь в день у меня уходило два ореха. С некоторых пор стал замечать, что внутри появилась какая-то энергия, и, похоже, я могу то, что раньше мне было не под силу. Проверил это на практике, и в чахлом лесочке переломил ствол дерева, толщиной в мое бедро. Впечатлило. Ай да орешки, или это планета виновата. Контраст растительности, на разных сторонах дороги, так и оставался. Однажды нашел камень, еще больше напоминающий кремний. При ударе по нему, откалывались пластинки, имеющие острую кромку.
Набрал пластин про запас. Взял и большие куски кремния, корзинки повесил на разные концы палки и теперь нес все это на плече, как какой-то китаец. Тяжести не доставляли проблем, так как я стал значительно сильнее и выносливее.
Башня, а точнее почти такая же пирамида, приближалась. Сразу становилось понятно, что она значительно превосходит ту, что обнаружил первой. Стояла она на удалении от дороги и мне пришлось долго пробираться к ее подножью. Опять ступени наверх. Честно говоря, читать даже не хочется. Мне с первого взгляда стало понятно, что на подъем уйдет не один день, а как спускаться ночью? Ведь не будешь ночевать на ступенях? Да тут, тогда, не только ноги, голову или еще что переломаешь. Скорее всего, до подножья, как в анекдоте про кота, одни уши доедут. Если первая башня производила впечатление только что построенной, то эта выглядела ужасно старой. Выщербленные ступени, сколотые края плит. Еще раз, окинув ее взглядом, принял решение обойти ее на земле по периметру. Нужно понять ее назначение. Ведь строить колосс, на котором, раз в год, пускать своим соотечественникам кровь, это, вроде бы затратно, и не разумно. Если только это, не желание богов.
Обход решил начать после часового перерыва.
Определился в направлении обхода, классический вариант, против часовой стрелки. Если правильно рассчитал, то вернусь на это место уже в вечерних сумерках. Шел долго, часа три. Вдруг, в стене, обнаружился лаз, шириной, только-только пролезть мне. Решил так, если мне предоставляется такая возможность, то почему я должен ее упускать. Протиснулся в щель. На протяжении метров пятнадцати лез боком, обдирая кожу в особо узких местах. Потом ход сделался шире, и можно было развернуться лицом вперед. Щель напоминала трещину от удара или раскол, от землетрясения. Чем дальше лез, тем больше приходил к выводу, что сооружение надо мной, не имеет пустот.
Это был монолитный монстр. Его поставили для чего-то, или над чем-то, или кем-то. Метров через семьдесят, понял, что над чем-то. Пол начал понижаться, образовав небольшую полость под плитой фундамента пирамиды. Спускаясь под уклон, обнаружил, что сносно вижу в темноте. Во всяком случае, дорогу, метров на двадцать, видел, правда, расплывчато, с нечеткими контурами, но разобрать, что передо мной, получалось.
Продолжая спускаться, стал приходить к выводу, что бреду по краю воронки, с вывороченной взрывом землей, отброшенной взрывной волной. Сделалось не по себе, однако любопытство гнало меня к эпицентру воронки. Спуск занял около двух часов. Идти становилось труднее, так как угол наклона увеличился, но любопытство подгоняло. Присматриваясь по сторонам, стал замечать, что некоторая порода, как бы спеклась, а другая даже превратилась в стеклянные шарики. Вот уже вдалеке стал различать противоположенную стену воронки, когда моя нога, неожиданно поскользнулась на таких шариках. Эх, нужно было смотреть под ноги, а не вдаль. Здесь все было усеяно такими шариками, поэтому катился по ним, как санки катятся зимой с горы. Путешествие мое закончилось очень больным приземлением на какой-то площадке, куда я свалился. Моя палка с корзинками улетела на дно ямы, когда пролетал над узкой щелью между краем ямы и тем на что приземлился. Если бы не мое, теперь уже, крепкое тело, то переломал бы себе все. Свалился я, на явно металлический предмет. Моя юбочка полыхнула так, что в глазах потемнело. Когда проморгался, то обнаружил, что опять абсолютно голый, что же, мне не привыкать. Теперь, когда опять мог видеть в темноте, я более внимательно осмотрелся.
Достаточно большая круглая площадка, а по периметру, на равных промежутках, какие-то цилиндрические отводы. Про себя окрестил их дюзами. Взрыв при переходе кинетической энергии в потенциальную, отбросил часть грунта от этого аппарата. Я согнулся, чтобы заглянуть вниз, вдоль борта этого, надеюсь космического, корабля, куда улетели все мои вещи.