Дверь за "Франком" захлопнулась и я ослабила хватку на ошейнике Кайо.

Дверь за Франком захлопнулась и я ослабила хватку на ошейнике Кайо. Молодой лабрадор шоколадного цвета кинулся к двери, обнюхал порог и грустно улёгся на коврик.

⠀– Мам, а сколько ночей надо спать до того, как папа вернётся?

⠀– Я не знаю, солнышко, наверно, много. Но папа будет тебе звонить, – тихо ответила я пятилетнему Финну и еле сдержала слёзы, посмотрев на него. Он был маленькой копией Франка, но с моими глазами. Двухлетний Беннет бухнулся на Кайо, пёс вскочил, мотнул головой и поволок державшегося за его шею малыша в комнату. Вот и всё. Точки над «и» расставлены, чемодан собран, муж выставлен за порог. Всё, как я задумала. Но почему-то очень хотелось выть в голос. «*Просто молчи, просто молчи!*», – приказала я тогда себе.

⠀

И я молчала. Тихо передавала трубку сынишке, когда звонил Франк. Нет, рот мой, конечно, издавал звуки, похожие на «Алло!» и «У нас всё хорошо». Но внутри была тишина.

⠀

Я молчала и ежеминутно смотрела на часы в тот день, когда Франк сел в самолёт и улетел в Эмираты на два года, когда вечером приехала моя подруга Мишель с бутылкой вина, когда она выгуляла Кайо, когда мы с ней уложили мальчишек спать, когда сели на диван и включили какую-то дурацкую комедию. Я молчала и не выпила ни глотка из своего бокала. Не могла. Через пару дней мне стало легче. Конечно же, я сама не захотела лететь в эти дурацкие Эмираты. Собственно, они стали последней каплей, и мы с Франком расстались. Ему было наплевать на меня, на детей, на пса, которого он сам же и завёл: «Мальчикам обязательно нужно расти вместе с собакой». «Мальчикам обязательно расти рядом с отцом!», – хотела крикнуть я тогда, но промолчала и мы поехали за щенком.

⠀

Франку не было наплевать на работу и на совершенно посторонних людей. Когда он не был в командировках, то проводил дни в офисе, вечера он чаще всего проводил со своими друзьями-пожарными добровольческого отряда, а если и был дома, то всегда держал под рукой телефон – помощь добровольцев могла понадобиться в любой момент. Дети и быт были полностью на мне, а Франк всегда был душкой и любимцем всей округи.