Главная мысль, которая объединяет всю историю ранней славянской экспансии V–VIII веков, предельно проста: в отличие от бурных завоеваний и громких походов других народов эпохи Великого переселения, славяне на востоке не захватывали земли — они их тихо и упорно осваивали. Поколение за поколением они двигались вдоль рек, ставили небольшие хутора и деревни, выжигали лес под пашню и превращали пустынные лесостепные и лесные просторы в свой дом. Эта мирная, почти незаметная для современников инфильтрация и стала ключом к их невероятному успеху. Именно археология лучше всего подтверждает этот мирный характер процесса: никаких следов массовых разрушений, укреплённых крепостей или оружия в больших количествах — только следы размеренной крестьянской жизни.
Великое переселение народов началось ещё в IV веке. К VI–VII векам славяне уже прочно обосновались в Центральной Европе, выбрав чёткие речные маршруты по Дунаю, Эльбе и Висле. Но восточное направление было принципиально другим. Если на Балканы они ворвались быстро и оставили яркий след в византийских хрониках, то на восток просачивались медленно и непрерывно — с V–VI веков и вплоть до позднего Средневековья. Здесь не было одной мощной волны. Была постоянная, почти незаметная миграция в малонаселённые районы, где плотность населения была крайне низкой.
Именно поэтому современники почти ничего не написали об этом процессе. Западноевропейские летописцы VII–IX веков знали о «северных варварах» лишь понаслышке. Византийцы до конца IX века вообще не обращали внимания на северные леса. Только после рождения Киевской Руси появились первые упоминания у Константина Багрянородного и арабских авторов. Самые точные сведения мы получаем из «Повести временных лет» (XI — начало XII в.). Летописец выводит славян от Вавилонской башни, помещает прародину на Дунае и перечисляет племена, чьё размещение идеально иллюстрирует постепенное растекание вдоль рек от небольшого ядра в Среднем Поднепровье.
Как археологи определяют славянские поселения
Археология — это основной источник знаний о ранних славянах, потому что письменных свидетельств почти нет. Славянские памятники V–VIII веков выделяются по целому комплексу признаков, которые не встречаются у соседних народов (германцев, балтов, финно-угров):
- Тип жилища — квадратные полуземлянки (3–5 × 3–5 м), углублённые в землю на 0,5–1 м. Пол — утоптанная глина или земля. В одном углу обязательно стоит глинобитная или каменная печь-«печь» (иногда с подом из камней). Это самый надёжный «маркер» славянского присутствия.
- Керамика — лепная, без гончарного круга, с характерным орнаментом (ямки, гребенчатый штамп, «волна»). В западных районах — корчакский тип (простые горшки), в восточных и южных — пеньковский (с более выраженными плечиками и орнаментом).
- Поселения — открытые, неукреплённые деревни по 10–30 домов вдоль рек, на невысоких террасах. Нет валов и рвов (в отличие от более поздних городищ IX–X вв.).
- Погребения — трупосожжения в урнах или ямках, часто с бедным инвентарём (только ножи, пряжки, иногда бусы). Нет богатых курганов, как у сарматов или скандинавов.
- Хозяйственный инвентарь — серпы, косы-горбуши, жернова, железные топоры, наконечники стрел для охоты.
По этим признакам археологи уверенно отделяют славянские слои даже там, где письменных источников нет.
Региональные различия культур
В V–VII веках выделяются две основные культуры, которые к VIII веку сливаются в единую луку-райковецкую:
Корчакская культура (западнее Днепра, лесостепь) — более «лесная», дома плотнее, керамика проще. Распространилась до Вислы и Карпат.
Пеньковская культура (восточнее и южнее, ближе к степи) — дома чуть крупнее, больше следов скотоводства, керамика с более сложным орнаментом. Доходила до Дона и Северского Донца.
В VIII веке обе культуры дают начало луке-райковецкой с более качественной посудой и первыми признаками гончарного круга. Это уже не следы миграции, а устойчивое хозяйственное освоение огромной территории.
Чем занимались славяне: хозяйство и быт
Основное занятие — земледелие. Археологические свидетельства подсечного (подсечно-огневого) земледелия очень убедительны:
Палинологические анализы (пыльца растений) показывают периоды резкого сокращения леса (берёза и сосна резко растут после вырубки) и слои древесного угля в почвах.
На поселениях находят огромное количество серпов и кос-горбуш — орудий именно для подсеки.
В лесной зоне (кривичи, словене ильменские) подсека была главным способом: выжигали участок леса, сеяли 2–3 года (просо, ячмень, рожь, пшеницу), потом бросали и переходили на новый. В лесостепи (поляне, северяне) уже появлялись зачатки переложного земледелия и даже раннего плуга.
Дополнительно — скотоводство (коровы, свиньи, овцы, лошади), рыболовство (костяные и железные крючки, грузила), охота (кости лося, кабана, бобра), собирательство (желуди, лесные орехи). Были развиты железоделательное производство (сыродутные горны найдены почти в каждом крупном поселении) и гончарство.
Как обогревались и жили
Полуземлянка — идеальное жилище для лесной зоны. Заглубление в землю давало естественную теплоизоляцию. Глинобитная печь в углу (иногда с дымоходом-«дымницей») обогревала дом даже в сильные морозы и служила для приготовления пищи. Дым выходил через отверстие в крыше или дверь. Крыша была двускатная, покрытая соломой или дранкой. Внутри — лавки вдоль стен, иногда глиняные полати. Реконструкции по материалам Новотроицкого, Рипневского и других городищ показывают, что в таком доме комфортно жила семья из 5–8 человек.
Соседи и границы
Летописец упоминает финно-угорские племена: весь у Белоозера, мерю у Ростовского и Клещинского озёр, мурому при впадении Оки в Волгу. Археология подтверждает: славянские полуземлянки появляются рядом с финскими грунтовыми жилищами, но без следов конфликтов — скорее постепенное смешение.
К VIII–XI векам славяне уже прочно держали пространство от Белоозера на севере до Чёрного моря на юге, от Буга и Днестра на западе до верховьев Оки и левых притоков Днепра на востоке.
Все эти маршруты шли строго вдоль рек. На карте (Рис. 4) — данные о 1,35 млн водотоков из векторных наборов Европейского агентства по окружающей среде (масштаб 1:250 000).
Таким образом, восточнославянская экспансия V–VIII веков — это не громкая глава войн и завоеваний. Это тихая, упорная и невероятно успешная работа нескольких поколений. Археология показывает нам обычных крестьян с топором и серпом, которые медленно, но верно превращали бескрайние леса и лесостепи в свой мир. Именно эта незаметная на первый взгляд колонизация и заложила фундамент будущей огромной славянской цивилизации Восточной Европы, которая существует до сих пор.