Всю ночь они провели возле остановки автобуса. Чтобы не опоздать. Чтобы не пропустить меня. Чтобы наконец уйти с улицы. Летом-то ничего, не пропадешь. Там покормят, здесь помоешься, в другом месте подкалымишь. Поспать можно и в подъезде, если знаешь код, и на вокзале. Поздней осенью да в локдаун - совсем плохо.
Один из них сибиряк. Детдомовец. Другой, наоборот, с юга. Общая судьба. Всех подробностей пока не знаю. Знаю, что надо думать не о прошлом, а о будущем.
Проводить их на автобус утром, ещё не было семи, пришла Ольга Викторовна Александровская ("Курский вокзал: бездомные, дети). Недавно она позвонила:
- Найдете места? Жалко ребят. Вроде бы неплохие. Говорят, что готовы и к нормальной жизни и к работе...
Я как раз шла в "вагончик", место, известное каждому бездомному столицы. Несла - поделиться - одежду, которую собрали в своем приюте из принесенного и привезенного добрыми людьми.
Эти два друга ждали. Им уже рассказали о нас, но, во-первых, не хотелось уходить из дворика, где тебе нальют чая и откуда не погонят. А, во-вторых, все же хотели встретиться со мной. Чтобы понять, что их ждёт, если поедут.
... И вот едем. Ольга Викторовна передала им сумки с продуктами и одежду. Со стороны посмотреть: мать провожает сыновей на работу, например, на вахту. Кстати, она и относится ко всем приходящим в вагончик как добрая терпеливая и все понимающая родительница. Наверное, за это, а не только за чай с бутербродом, ее и любят все, кто приходят.
... Вспоминаю, что вот, совсем недавно, у нас освободилось место: отправили "на свободу" человека, который несколько месяцев убеждал, что он "...ну, совсем не пьющий". И до поры до времени это получалось. Все по нашим основным правилам: посильный труд на благо общины и полная трезвость. Но... Когда понёсся мат и когда чуть ли не полетели стулья по комнате...
Он очень не хотел уходить. Сидел тихий и присмиревший:
- Только не гоните. Никуда... Никогда... Ни за что...
Сердце дрогнуло:
- Хорошо. Отправишься лечиться?
- Не-е-т уж. Я не алкоголик!
Да и какой алкоголик и себе и вам в этом признается? Наши новые друзья, которые сейчас едут, сидя в автобусе за моей спиной, тоже говорят, что трезвенники. Но ранен один из них был именно тогда, когда "датый" шел в рабочий дом со смены. Всего один сантиметр отделил нож от аорты. И девушка, лица которой он не помнит и имени не знает, спасла, не давая до приезда "скорой" погибнуть от кровопотери и потери сознания.
В больнице бездомных, да без документов, да ещё во время модной болезни не держат. Подшили-подштопали - и гуляй дальше.
Уже проехали Солнечногорск. Совсем скоро Давыдково. Сразу два новых человека войдут в наш налаженный и спокойный быт. Два запутавшихся и несчастных человека. Сказали, что хотят изменить жизнь. Что получится? Получится ли? Сергей (тот, что раненый) очень мечтал согреться в автобусе и поспать.
Несколько раз я оглядывалась на него. Глаз не сомкнул. Смотрел и смотрел в окно. И о чем-то сосредоточенно думал.
Нам всем есть над чем подумать.
Tags: ЭссеProject: MolokoAuthor: Федяева Татьяна
Ещё одна история о жизни в коммуне «Ремесло добра» здесь