Автор Загидулина Дарья; исследователь Велиев Амиль
XXI век богат на кризисы, хотя прошла только ⅕ его часть. Термин кризисной «шестилетки» постепенно входит в повседневный обиход. Мы начали с 2008 года, когда наступил мировой экономический кризис, столкнулись с валютным кризисом в России в 2014 году, и вот проживаем 2020 год. Год, который нацепил на нас оковы, и, в прямом смысле слова, перекрыл дыхание.
Всего за одну ночь 9 марта 2020 года цена на российскую нефть упала до уровня 1999 года. Данное событие в экономической системе России можно назвать локальным кризисом. Однако мы не остались в стороне и от глобального — кризис, который создал коронавирус. Эти два события имеют принципиальное значение сегодня.
В середине марта российские вузы, школы и образовательные учреждения стали переходить на дистанционное обучение. Пандемия COVID-19 ворвалась в нашу страну, и начала поражать людей. Март 2020 года закончился тем, что россияне оставались дома. Для страны были объявлены нерабочие дни с сохранением заработной платы (нет). Самоизоляция охватила всю Россию почти на 2 месяца.
Какие последствия, трудности и массовые настроения повлекли за собой самоизоляция и заражение вирусом, мы спросили у людей. В социологическом опросе приняли участие 45 человек в возрасте от 16 до 45 лет. 61% людей заявили, что нейтрально относятся к сложившейся ситуации в стране и мире, а вот для остальных 39% респондентов пандемия носит негативные последствия.
Основная проблема людей — это постоянное пребывание дома. 95% людей не хватает общения, прогулок на свежем воздухе и свободы действий, но остальные 5% отлично справляются, поскольку и раньше любили сидеть дома.
15% респондентов остались без работы и стабильного дохода, у 65% снизился доход, а у остальных 20% (студенты, которые получают стипендии, медики и сотрудники правоохранительных органов) остался без изменений.
Работники медицины и структуры власти не испытывают кризиса на себе и не нуждаются в подработке, поскольку их сферы деятельности остались не затронутыми, а наоборот актуальными в рамках пандемии и борьбы с ней. Чего нельзя сказать о студентах без стипендий и работниках сферы услуг. 95% людей будут искать дополнительные источники дохода, хотя некоторые их них отмечают, что это нелогично в рамках массовых сокращений и грядущей безработицы, потому как они сами «слетели» с подработки. Предприниматели не жалуются на жизнь, но переживают за сограждан. Свой бизнес люди стараются всячески сохранить, перейти на доставку и в онлайн.
Цены на продовольствие в условиях самоизоляции растут, и даже на товары первой необходимости. Например, цена на сахар в начале марта находилась на уровне 24-26 рублей за килограмм. На конец апреля в розничных магазинах города Ульяновск был зафиксирован рост цен на тот же сахар на 30%, до 34-37 рублей. Мы задали людям вопрос: рост цен на продукты оправдан или нет? 98% ответили, что нет и считают это вопиющим фактом, поскольку денег не хватает на существование, выплату долговых обязательств, коммунальные платежи и т.д. Однако нам стоит подробнее разобраться в данной ситуации. Кто же все-таки виноват в росте цен: коронавирус или кризис?
Вернемся к нефти в России. Падение рубля связано с «ценовой» войной на рынке нефти и резким падением цен на углеводороды — газ и уголь. У доллара крепкий иммунитет почти в любой кризис тогда, как рубль этим не может похвастаться, поэтому мы неизбежно претерпеваем инфляцию.
Как сообщает Росстат, инфляция в РФ в марте 2020 года ускорилась до 0,6% с 0,3%, а в годовом выражении до 2,5%. При инфляции происходит обесценивание денег, снижается покупательная способность населения и происходит общий рост уровня цен. К сожалению, именно инфляция и есть та самая злодейка, которая опустошает с новой силой наши кошельки в магазинах, а коронавирус добивает: ворует этот самый кошелек, заставляя нас сидеть дома без работы и заработка. Два фактора наложились друг на друга и вырыли нам огромную кризисную яму.
Важно отметить усиление социальной нестабильности. Возросло число фактов домашнего насилия. Люди находятся в тяжелом моральном состоянии: угнетение, лишение здравого смысла и несвобода. Уровень преступности потихоньку ползет вверх. К концу 2020 года без работы останутся около 8 млн россиян — в три раза больше, чем сейчас (2,5 млн), пострадавшими от коронавируса можно считать все отрасли российской экономики. Компании используют финансовые инструменты для спасения бизнеса, но не людей.
Именно вышеперечисленным фактами и недовольны наши респонденты.
Экономические страхи для россиян сильнее опасений заболеть. Согласно не только нашему, но и многим другим опросам, почти каждый второй россиянин боится, что его семье будет не на что жить и нечего кушать. К сожалению, мы живем в тех реалиях, когда приходится думать о своем холодильнике, а не о здоровье в первую очередь.