К 100-летию образования Крымской автономии
18 октября 1921 года Крым стал автономной республикой в составе России и таким образом получил атрибуты государственности, которые позволили ему уже в XXI веке вернуться в родную гавань. Подобные выводы и параллели не раз возникали в ходе видеомоста между Симферополем и Москвой, организованного в МИА «Россия сегодня» к 100-летию вхождения Крымской автономии в состав РФСР (после 1922 года — РСФСР).
Образец для других республик
Исторические и юридические реалии того времени проанализировал заведующий кафедрой общегуманитарных и социально-экономических дисциплин Крымского юридического института (филиала) Университета прокуратуры РФ, доктор исторических наук Рустем ХАЯЛИ.
Как известно, подписи под Декретом «Об Автономной Крымской Советской Социалистической Республике» поставили глава Совета народных комиссаров Владимир Ленин, всероссийский староста — председатель ВЦИК Михаил Калинин, а также секретарь ВЦИК Авель Енукидзе. Молодой автономии предстояло решить задачи, накопившиеся на полуострове, — в первую очередь укрепление Советской власти, а также экономические, культурные и национальные вопросы. Начался новый этап в истории российского Крыма, отметил Р. Хаяли, он переживал сложное время, являлся полигоном в плане советского государственного строительства и должен был стать образцом для ближних стран Востока и многих автономных и союзных республик СССР. При этом Крымская АССР качественно отличалась от других автономных образований.
Стремление подняться на союзный уровень
На основе Декрета в Крыму создана первая советская Конституция (1921 г.) и государственные органы, определены национальные советы, в том числе и смешанные: русские, крымско-татарские, греческие, болгарские, немецкие, еврейские и другие. В Крыму удовлетворялись потребности даже самых малочисленных национальных групп, подчеркнул Рустем Хаяли. Он также обратил внимание на ещё одну особенность того периода: не было чёткого разграничения, какие законы принимаются центральными органами власти, а какие — местными. Отличие Крымской АССР было в том, что она приняла своё положение о прокурорском надзоре, а также законы об адвокатуре, нотариате и образовании. Но после создания СССР в 1922 году в Крыму принимается новая Конституция (1924 г.), в ней он именуется Советской Социалистической Республикой, виден порядок выведения её на всесоюзный уровень, тем более что председатель Совета народных комиссаров Крымской АССР Сахиб-Гарей Саид-Галиев стал одним из участников подписания союзного договора. Правда, в Конституции РСФСР, принятой в 1925 году, всё-таки есть строка, что Крымская ССР является не союзной республикой, а автономным образованием. Тогда же вводится норма о праве ЦИК РСФСР отменять противоречащие ей местные законы. То есть, делает вывод Р. Хаяли, Конституция Крыма 1924 года так и не была утверждена центром. Та же участь постигла и конституции Татарстана, Башкирии и других республик. В процессе формирования взаимоотношений с центром в новом Советском государстве все они пытались перетянуть на себя побольше полномочий, но им это не удавалось. В Крыму была принята ещё одна Конституция, в которой статус республики уже официально определён как АССР, а окончательно государственная иерархия утвердилась после принятий Конституции СССР в 1936 году, Конституций РСФСР и Крымской АССР в 1937 году.
Попытка поднять статус Крыма до союзного уровня наблюдалась и в конце 1980-х, начале 90-х, напомнил Р. Хаяли, в Конституции 1992 года даже записано, что республика имеет суверенитет. Рассуждая о выборе крымчан 2014 года, он вспомнил Исмаила Гаспринского и других выдающихся крымских татар, которые реализовали себя именно в Российском государстве. Как учёный он подтвердил, что научный уровень в нашей стране выше, а оптимальных возможностей для развития как в личном, так и в национальном плане — больше. Россия сформировалась как многонациональная страна, а у Украины нет такого опыта ни на научном, ни на межличностном уровне, ни при решении национальных вопросов. Заявляя это как крымский татарин, эксперт выразил уверенность, что мнение людей о воссоединении Крыма с Россией в 2014 году будет меняться только в лучшую сторону.
Автономия как способ отгородиться от украинского влияния
На вопрос, как принималось решение о вхождении Крыма в состав России и не претендовала ли тогда на него Украина, ответил ректор Российского государственного гуманитарного университета Александр БЕЗБОРОДОВ. Возвращаясь к событиям 1921 года, он отметил, что большевики во главе с Лениным прекрасно понимали огромное геополитическое значение Крыма. Ведь здесь формировались подразделения белогвардейской армии, отсюда же они покидали территорию России, оставляя многое в руинах, что предстояло восстанавливать. Во время Гражданской войны на полуострове существовали как антисоветские, так и просоветские анклавы. А послевоенный мир в Крыму был особенно сложным, что обусловлено его многонациональным составом, близостью Украины, успевшей за годы Гражданской войны претерпеть множество трансформаций и находившейся под сильным иностранным влиянием. По мнению
А. Безбородова, это в любой момент могло отразиться на состоянии дел на полуострове, который, наоборот, нуждался в консолидации общества и стабильности, чтобы преодолеть экономическую разруху и обеспечивать государственную безопасность Российской Федерации. Создание в этой ситуации Крымской автономии, оградившей полуостров от украинского влияния, он назвал естественным и закономерным процессом. Таким образом, события органичного возращения Крыма в 2014 году имеют предысторию, о которой следует говорить, отметил А. Безбородов.
По его словам, большевики хорошо понимали, что «территория, расположенная не в центре, омываемая морем со всех сторон (с одной — Турция, с другой — Европа, а ещё и неспокойный Кавказ), должна управляться посредством ряда надёжных и прочных рычагов. Именно поэтому и решался здесь вопрос об автономизации».
— Ленинский тезис о праве наций на самоопределение, который стал палкой о двух концах, тогда служил политическим магнитом, без которого трудно было собрать Россию после Гражданской войны. В Крыму лозунг об автономии сыграл позитивную роль, — считает эксперт.
Импульс центростремительного регионализма
Отвечая на вопрос, как после вхождения Крыма в состав России соблюдались права разных национальностей, московский учёный напомнил об интенсивном развитии национального многообразия и проводимой в СССР политике коренизации в 1920-х годах, которые с 1930-х сменились борьбой с национализмом. Депортацию он назвал «бесплодной и бесперспективной попыткой наказания целых народов», а передачу Крыма Украине — неправильной, совершённой в угоду политическим силам украинского региона и приуроченной к юбилею воссоединения Украины с Россией. Это очень интересный документ, он хранится в архиве, сообщил ректор, и с ним можно ознакомиться. А что касается обсуждаемых событий 100-летней давности, то А. Безбородов их оценил как подтверждение принадлежности России и Крыма к единой исторической территории и памяти.
Столетний юбилей Крымской автономии — знаковая дата в нашей истории, включился в разговор директор Центрального музея Тавриды, историк Андрей МАЛЬГИН. По его мнению, несмотря на общие принципы административного и территориального устройства, существовавшие 100 лет, всё же Крым представляет собой серию исключений, и уложить его в прокрустово ложе высказываний тех или иных деятелей 20—30-х годов вряд ли получится. 100 лет назад, несмотря на определённые внутренние противоречия, создание Крымской республики сыграло позитивную роль для развития национальных культур, считает А. Мальгин, и это ощущается до сих пор.
— Стремление Крыма к государственному суверенитету, — уверен он, — всегда работало не на разрыв ткани большого государства, а на его сшивание. Две эти тенденции в истории Крыма неразрывны — стремление к самостоятельности и одновременно к воссоединению с Россией, желание оставаться внутри её большого пространства.
А. Мальгин определил это как импульс центростремительного регионализма. Эту особенность, по его мнению, важно сохранить и развивать в политической культуре крымчан. А что касается нашего выбора в 2014 году, то он был бы политически невозможен без статуса республики. Донбасс не смог безболезненно войти в состав России именно потому, что являлся рядовой областью, политические элиты которой не были готовы давать судьбоносные ответы на исторические вопросы.
— И сегодня, спустя 7 лет, никто не подвергает сомнению выбор крымчан, — подчеркнул Андрей Мальгин. — Мы видим постепенный, не лишённый внутренних противоречий, но твёрдый путь к процветанию и стремимся взять лучшее из опыта, пережитого нашими предками в 20-х годах.
Людмила РАДЕВА