Я не могу найти корешок

Нет, это не текст песни Led Zeppelin.

Так часто писательские работы и книги не привлекают внимания "рынка". Почему так происходит? Что именно является "рынком"?

Даже в "литературе", кажется, существует бюрократическая структура, которая предопределяет определенные ценности. В этом нет ничего нового. И не новая информация для любого опытного писателя. Однако здесь есть подтекст, который многие могут упустить, и с которым могут быть знакомы лишь те, кто аккультурирован в области маркетинга, бизнеса и социологии.

Мой хороший друг

Giedre P.

недавно писал о том, что историческая беллетристика имеет больше шансов передать информацию и заинтриговать читателей, чем сама история. Во многих случаях это действительно так. В слишком многих случаях "историческая беллетристика", как жанр, мало способствует познанию истории. Но редкая хорошо написанная история плохо продается, ей приписывают какой-то бэк-лист для специализированных читателей на Amazon.

Как отмечает наш коллега,

Энрике Данс

зайдите в любой банк или университет, в любой автосалон, и вы можете запутаться, если не посмотрите внимательно на табличку на двери. Где именно вы находитесь? Социологи дали определение этой проблеме: изоморфизм. Бесконечное копирование одной успешной человеческой идеи на другую.

И литература - точнее, книжный маркетинг - стала жертвой изоморфизма. В какой-то степени так было всегда, если оглянуться назад в историю. Всегда существовали "жанры", следующие определенным шаблонам.

Однако с появлением электронных СМИ эти жанры расширились и взорвались. Благодаря социальным медиа, а также интернет-рынку, изоморфная необходимость в жанровой маркировке создала коробки для маркетинга книг, которые практически (без каламбура) требуют, чтобы книги были написаны в определенной манере или умерли верной смертью.

Мы по-прежнему можем найти множество замечательных книг, особенно в категории "художественная литература", которые рекламируются по желанию нашего сердца; лауреаты премий и чудеса из уст в уста как в настоящем, так и в прошлом, чтобы заставить наши сердца трепетать; чудесные тома, которые вообще не соответствуют никакому жанру, кроме старого стандарта "литература", книги, подобные тем, о которых говорит мой новообретенный друг, замечательный писатель, Элла Сина

Но попробуйте опубликовать хоть одну.

Легче - намного, намного легче - опубликовать какой-нибудь тягучий исторический роман, который не дает читателям ничего, кроме мимолетных мурашек. И гораздо легче продать.

Ах, пожалуйста, не ругайте меня за такой пессимизм. Как недавно напомнил нам Энрике, сам Джордж Бернард Шоу сказал, что оптимисты изобрели самолет, а пессимисты - парашют.

Возможно, у меня нет для вас парашюта. Пока. Как автор семи неудачных романов, сама ставшей жертвой этой неспособности вписаться в одну из четко определенных категорий рынка, я еще не нашла его. Как только найду, поверьте, я дам вам знать.