Сегодняшний пост о нашей поездке по территории Восточно-уральского радиоактивного следа - первой в СССР зоне отчуждения, образовавшейся после аварии на комбинате "Маяк" в 1957 году. По оценкам экспертов, масштабы уральского атомной катастрофы сравнимы с аварией на Чернобыльской АЭС и японской Фукусимы. Мы решили посетить места, где некогда стояли деревни и села, подвергшиеся наиболее серьезному загрязнению, и попытаться отыскать следы первой в Советском союзе техногенной катастрофы на атомном производстве.
Начать стоит с небольшого исторического экскурса. Свою работу комбинат "Маяк" начал работу 19 июня 1948 года. Располагается предприятие на территории Челябинской области близ городов Озерск (бывший ЗАТО Челябинск - 40) и Кыштым. "Маяк" стал одним из первых действующих предприятий в составе советского атомного проекта. Главная и первостепенная задача сверхсекретного производства - изготовление оружейного плутония, использовавшегося в оснастке боевой части первой советской атомной бомбы. Отходы опасного производства предполагалось хранить здесь же в специально обустроенном технологическом комплексе. Хранилище представляло собой несколько 300-кубовых резервуаров установленных в специально оборудованном подземном котловане. Каждый бак располагался в индивидуальной железобетонной ячейке, наполняемой проточной водой использовавшейся в качестве охладителя. Контроль за состоянием температуры внутри хранилища и уровнем воды осуществлялся с помощью комплекса автоматизированных датчиков. Передовые технологии должны были стать гарантом безопасности на столь важном и опасном производстве.
29 сентября 1957 года в работе системы охлаждения произошел сбой: в резервуар с одной из емкостей, где хранилось восемьдесят тонн (!) радиоактивных отходов в виде нитратно-ацетатных соединений, перестала поступать вода. В баке началась химическая реакция с выделением больших объемов тепла, резко поползла вверх температура, а спустя короткое время, после того как вода в резервуаре выкипела, в емкости образовался солевой осадок, продолжавший разогреваться. В точке максимума температура внутри бака достигла 350 градусов по Цельсию, после чего прогремел чудовищной силы взрыв в эквиваленте ста тоннам тротила. На месте хранилища образовалась гигантская воронка. О мощности взрыва говорит и тот факт, что бетонную крышку, закрывавшую емкости с отходами производства, весом в 160 тонн, откинуло в сторону на двадцать метров!
Следом за взрывом в атмосферу было выброшено огромное количество радионуклидов: стронций-90, цезий-137, церий-144, цирконий-95, ниобий-95, рутений-106. Радиоактивное облако разнесло опасные радионуклиды по окрестной территории на сотни квадратных километров. Так на специальных картах появилась местность под названием "Восточно-уральский радиоактивный след".
В зоне поражения оказалась территория в двадцать тысяч квадратных километров, на которой находилось восемьдесят семь сёл и деревень из которых двадцать три населенных пункта были расселены и полностью уничтожены. В статусе переселенцев оказалось почти двенадцать тысяч человек. Людей экстренно вывозили в безопасные районы. С собой только документы и та одежда что на тебе, всё остальное - уничтожалось. Анализы проб грунта показали, что основное количество нуклидов скопилось на поверхности почвенного покрова. Ликвидация последствий аварии подразумевала под собой оперативное купирование опасных источников излучения, а также дальнейшую рекультивацию земель. Дезактивация оказавшихся под воздействием радиации территорий, проходившая в период с 1961 по 1982 год, позволила зачистить порядка 80% зараженной площади. В наши дни плотность загрязнения в ВУРСе снизилась от первоначальных показателей почти в четыре раза по содержанию стронция и в тридцать раз по содержанию остальных радионуклидов. Впрочем, по прежнему остается закрытой территория "Восточно-уральского природного заповедника", часть ВУРСа уровень загрязнения которой препятствует продолжительному пребыванию человека (подробнее об этом необычном заповеднике в материале "Радиоактивный лес" - ссылка в конце статьи).
Может показаться странным, что некоторые деревни пошли под снос, при этом другие населённые пункты, находившиеся в тех же границах ВУРС, остались стоять на своих местах. Дело в том, что загрязнение территорий было назвать равномерным, частицы уносило ветром от одних сёл и накрывало другие. Локализация мест заражения от условно безопасной до критически опасной могла быть отделан несколькими километрами. К слову сказать, фатальных последствий аварии удалось избежать волей счастливого случая, так как радиоактивное облако унесло в малонаселенные районы Челябинской и Свердловской областей. Если бы на момент катастрофы ветер дул бы в любую другую сторону, то вполне вероятно на карте Советского союза уже тогда бы появился первый "город-призрак", тем более что вариантов было достаточно много: от мегаполисов Челябинска и Свердловска (в 100 км от эпицентра аварии) до небольших городов Кыштым и Касли (менее 30 км) и Каменск-Уральский (менее 100 км). Конечно же, подобное утверждение никоем образом не умаляет факта трагедии тем более, что общие количество пострадавших (не погибших, а именно пострадавших) оценивается в 250 000 человек, однако эта цифра могла стать многократно выше и лишь в этом ключе можно говорить о неком "везении".
Большая часть "грязной" территории ВУРСа в наши дни уже не представляет особой угрозы для жизни и здоровья. В районах соседствующих с расселенными после аварии населенными пунктами жизнь идёт своим чередом, в полях работают люди, в озерах ловят рыбу. Одним из летних дней было решено организовать небольшую экспедицию по следу радиоактивного облака и побывать в наиболее крупных населенных пунктах ликвидированных после аварии пятьдесят девятого года. Стало интересно сохранились ли на поверхности какие-либо следы прошедшей катастрофы и как здесь обстоят дела с радиационным фоном. Измерения проводили профессиональным дозиметром-радиометром МКС-01СА1М в бета и гамме излучениях.
Экспедиция стартовала из окрестностей Каменска-Уральского, где на берегу озера Большой Сунгуль находилась деревня Четыркино. В 2016 году на месте бывшей деревни был установлен мемориал. Радиационный фон на территории Четыркино не превышает нормативных значений.
С другой стороны озера располагается село Рыбниковское, довольно крупный населенный пункт. Замеры радиации в населенном пункте также не выявили каких-либо отклонений от нормы. Примечательно, что свободный лов рыбы в озере ограничен, однако не по причине содержания в воде или илистых отложениях опасных нуклидов - территория водоема находится в частном ведении и рыбалка осуществляется по лицензии.
В нескольких километрах от села Четыркино, среди полей и лесов, находилась следующая точка нашей экспедиции - бывшая деревня Тыгиш, располагавшаяся на берегу озера одноименного озера. Места здесь глухие, а после того, как в 1957 году местность накрыло смертоносное облако жизнь отсюда ушла, как кажется навсегда.
Несколько лет назад здесь также появилась памятная стела. Замеры радиации ни по одному из параметров не зафиксировали превышений.
На подъезде к деревне встретили косулю, мирно пасущуюся у стелы со знаком радиация. Сейчас здесь т.н. "Зона покоя", то есть территория на которой запрещено охотится.
Далее выехав на трассу "Каменск-Уральский - Тюбук" взяли курс на последний объект наших изысканий - село Юго-Конево, наиболее крупный населенный пункт из числа тех, что были расселены после аварии на "Маяке".
На момент ликвидации в село Юго-Конево состояло из 1200 дворов, в селе сохранился столетний каменный храм, вокруг на сотни гектар растянулись сельскохозяйственные угодья, а в нескольких километрах от населенного пункта функционировал рудник по добыче вольфрама. Каменный мост над Синарой это единственное, что осталось от некогда зажиточного села.
О том, что когда-то здесь стоял населенный пункт теперь указывает лишь памятный крест с изображением символа радиации.
Местными краеведами была проведена огромная работа по идентификации построек, например, удалось позиционировать расположение храма, того что с фотографии. Правда теперь сложно понять, что когда-то здесь стояла обитель: груды торчащего из-под земли кирпича и несколько полуобрушенных погребов. Провели несколько замеров - всё в норме.
Итогом поездки стало фактическое подтверждение того, что в наши территория ВУРСа, за исключением локальных участков (территория заповедника, например), в целом безопасна для проживания. Здесь не встретить мутантов, а дозиметр не показывает запредельных значений и лишь каменные стелы с изображением "трилистника" - знака радиационной опасности, напоминают о весьма страшной истории здешних окрестностей, спокойных и безмятежных |Т.У.|
Материалы по теме: Радиоактивный лес: история восточно-уральского природного заповедника
Поддержите наш блог!
Обязательно подпишитесь на наш канал! Нажимайте "палец вверх" и не забывайте оставлять комментарии. Задавайте вопросы, делитесь своим мнением! Вам не сложно - нам это очень поможет в продвижении канала. СПАСИБО!