Откровенное признание. Проклятие на свадебное платье.
Никогда бы не подумала, что памятная вещь из моего детства напомнит о себе страшным предзнаменованием и пророчеством в моём настоящем.
Не знаю, как сейчас, но в моём советском детстве не было ничего более желанного и чудесного для маленькой девочки, как висевшее, думаю, у многих в гардеробе мамино свадебное платье и фата. Наверно, мне повезло больше других: у мамы сохранилось сразу два платья- с первого и второго дня свадьбы. В придачу модная в то время короткая трёхслойная фата. Одно платье было, естественно, белое. Платье на второй день было небесно-голубого цвета с каким-то вышитым или выбитым незатейливым узором на груди. Не помню точно, на каком из них – на белом или голубом - было тёмное пятно, как грязный развод на ткани. Я спросила об этом маму, и она ответила, что это пятно от красного вина, что на свадьбе кто-то кого-то нечаянно толкнул и фужер с вином опрокинули ей на платье.
Мы с подругами регулярно примеряли весь этот свадебный наряд, когда родители были на работе.
Я, конечно же, забыла об этом факте из детства, пока мне не напомнили про него слова одной женщины.
Женщина эта обладала даром предвидения, к ней часто обращались мои знакомые и подруги, когда оказывались в какой-то трудной ситуации. А какая трудная ситуация может быть у молодой девушки: парень бросил, сессию завалила или что-то подобное. Не помню уже, с чем я пошла тогда к гадалке и что она говорила мне про мою тогдашнюю жизнь. В память врезались только её слова:
- Порча на тебе есть. И порчу эту ты давно на себе носишь. С рождения. Нет, даже ещё раньше, - вдруг поправила она саму себя.
- Как ещё раньше? Как такое может быть? – остолбенела от непонятных слов гадалки я.
- Сделали тебе порчу, когда ты была ещё в утробе матери. Ну, беременна она, значит, тобой была.
То, что слова гадалки правда, я поняла после того, как она продолжила:
- Порчу эту сделали на свадьбе. Мать твоя беременная замуж выходила. Вином её облили. Красным. Красное вино – символ крови.
Она замолчала. Молчала и я. Я знала, что это правда, мама мне рассказывала.
Вдруг я, словно пробудившись ото сна, выпалила:
- За что? Кому я что плохого сделала, если я ещё не родилась. Если даже мама сама только накануне свадьбы поняла, что беременна.
Ведунья ответила незамедлительно:
- Мама не знала, а кто порчу делал, тот уже знал.
А потом добавила слова, которые крепко засели в моей памяти по сей день:
- Если бы ты не родилась, жизнь другой женщины сложилась бы по-другому.
Я была потрясена, раздавлена, убита.
Я шла домой и в голове прокручивала все наши разговоры с мамой об этом факте её жизни. Но ничего, больше того, о чём знала раньше, вспомнить не могла. И спросить было уже не у кого.
Меня угнетало одно обстоятельство: я не знала, как мне к этой информации относиться? Что мне с ней делать сейчас? Сейчас, когда почти всех участников тех событий нет в живых.
Но самое страшное, что этот человек, который навёл порчу, получается, был у родителей на свадьбе? Значит, этот кто-то из ближнего круга? Волосы встают дыбом, когда думаешь об этом…
P.S.
Пока я писала это признание, мне пришла в голову мысль найти фото со свадьбы родителей и повнимательнее их рассмотреть. О! Удача! Я увидела на фото «подружку невесты» и вспомнила, что эта женщина почтенного возраста, мамина школьная подруга, до сих пор жива.
Я знаю, что мне теперь делать. Я ей завтра позвоню…