Читаю сейчас по вечерам историю христианской церкви, - труд скорее академический, чем религиозный, и к 235 ой странице я уже так запуталась в названиях ересей, что не совсем понимаю, к какой себя относить), но дорогу осилит идущий, потому что на каждом повороте открывается красота.
Например: в 3 веке нашей эры, когда практика крещения перестала совершаться в формате "оn demand" (то есть, когда решение принять христианство само по себе перестало означать готовность умереть за веру от рук воинствующих язычников), человек получал доступ к таинству только после периода обучения истинам веры, который длился от 40 дней до 3 лет. Такой процесс до сих пор называется оглашением (верующего оглашают- оглушают?- божественной правдой, чтобы и глухие к истине глас услышали) и издревле состоял из 3 стадий: сначала человек назывался слушающим, потом- оглашенным, и только потом- готовым к посвящению.
Меня завораживает именно этот промежуток между слушанием и огла- шением: перед тем, как действительно услышать, мы просто слушаем. Известно, что слушать и слышать - разные вещи, но здесь для меня не только про это. Красота в том, что иногда просто слушать, не вполне понимая достаточно. Так мы выражаем саму готовность услышать, желание впустить в себя Бога Слова, в каком бы обличии он ни приходил к нам. Просто слушать, как шуршат листья в осеннем парке. Просто слушать, как течет вода из-под крана. Просто слушать, что пытается сказать душа - прежде чем услышать слова и понять их смысл. Пока этого - достаточно. Осень как раз такое время: замереть, чтобы прислушаться. Скрип деревьев, шорох ветра в кронах. Пусть вначале было слово, но у слова нет смысла, если нет никого, кто умеет слышать.