Несомненно, самой медийной персоной прошедшей недели в России был потерпевший лось депутата Рашкина. Лось прославился и благодаря журналу "Популярная механика", раздобывшему секретные материалы об использовании прирученных рогатых боевых животных частями РККА в годы финской войны.
Этот первоапрельский фейк перекочевал и в иностранные СМИ и до сих пор на полном серьезе обсуждается некоторыми "знатоками" от военной истории. Но правда - в том, что ближайший плотнорогий родственник лося - северный олень действительно эффективно использовался в боях несокрушимой и легендарной Красной Армией.
Во время Финской войны олений транспорт показал впервые свою жизнеспособность. Тогда-то в Красной Армии и были разработаны основные положения по использованию оленей в войсках.
Выгоды оленьей упряжки были неоспоримы: на санях легко по бездорожью проникнуть в тыл врага. Северный олень неприхотлив к пище, не требует специального ухода, сам добывает себе корм. И в тундре, и в лесу он всегда найдет себе пропитание — серебристый ягель. Кормом для него служат трава, листья, которых много под ногами. Олень никогда не нарушит тишины — даже раненый, он не издает ни звука. И, что немаловажно, ни одно крупное упряжное животное не сможет пробежать по снежной целине десятки километров за сутки. А олень очень вынослив. Форсированным маршем олени способны преодолеть до 80 км в сутки. Правда, организовать и опробовать все задуманное до начала Великой отечественной войны так и не успели. Пришлось спешно собирать оленьи подразделения, когда уже шли бои. В частях искали людей, знакомых с оленеводством. В ноябре 1941 года для 14-й армии Карельского фронта, действовавшей на Мурманском направлении, оленеводы сформировали первые три транспорта, состоявшие целиком из оленьих упряжек. Каждый из таких транспортов обслуживали 154 человека, в том числе 77 солдат-оленеводов, 15 оленегонных собак, 76 легких нарт, 270 грузовых нарт. В последующее время было создано еще четыре транспорта. Всего за годы войны оленеводы-ловозерцы Мурманской области передали армии и флоту 5900 транспортных оленей, 1600 комплектов упряжи к ним, 1119 нарт. Оленьи обозы с Печоры, Ижмы, из-под Нарьян-Мара на Кандалакшское и Мурманское направления фронта добирались своим ходом до Архангельска, оттуда поездами.
Бойцы-оленеводы только за 2 недели боев в апрельско-майские дни 1942 на Кольском полуострове вывезли 570 раненых солдат и офицеров. В Пикшуевской операции было задействовано 75 нарт, 200 оленей, которые обслуживали 12-ю бригаду морской пехоты Северного Флота.
Без оленьего транспорта не обходились заполярные партизаны и пограничники. В Петсамо-Киркенесской операции олений транспорт был передан 126-му легкому стрелковому корпусу. Всего за годы ВОВ на Севере оленьи подразделения вывезли с поля боя 10142 раненых и больных воинов, доставили по боевым заданиям 7985 военнослужащих, перевезли 17087 т. боеприпасов и продовольствия, эвакуировали из тундры 162 аварийных самолета.
Бывший солдат-оленевод участник обороны Заполярья сержант Егор Егорович Захаров рассказывает:
«…Предложили мне с оленями отправиться. Нас-то обучать можно, да и быстро обучали. А попробуй-ка оленей обучить! Слыхал я, что кавалерия воюет. Про Семена Михайловича Буденного в школе рассказывали. Я и про Ворошилова и про Котовского книги читал. Но как оленей обучать? В 10-й Гвардейской дивизии были ветеринарные врачи и зоотехники. Они всю жизнь имели дело с оленями, они и помогли. Кто наловчился на оленях кухни отвозить, кто за санитаров был. Даже несколько девушек-саамок было. Помню, Скобелеву все хвалили. Она оленями управляла. Больше всего я участвовал в боевых походах в тыл врага. Вместе с нами были ненцы, коми, русские. Привезли потом и уральских манси. Они тоже в оленях разбирались. Врывались мы к врагу неожиданно, и сразу же начинался бой. Особенно тяжело было ходить в разведку на оленях, когда стояли большие морозы».
Юрий Иванович Корякин, служивший связистом в 77-й отдельной морской стрелковой бригаде, рассказал много интересного в интервью о войне в Заполярье, в том числе и об участии совместно с оленями в боевых выходах :
«Линия фронта была стабильна почти два с половиной года, мы даже окопы отрыли, хотя долбить мерзлоту можно было только кайлом или ломом. Фланги же были свободны — озера, болота. Ты видела кино „А зори здесь тихие“? — Хорошая картина. Ну, вот тут такая же местность. Безлюдье. Учитывая оголенность флангов и нашу любовь воевать зимой, как только становились болота и озера, начинались различные поисково-диверсионные операции за линией фронта. Собиралось два–три взвода, то есть 60–90 человек, я с радиостанцией, и мы ходили по немецким тылам. Ходили на лыжах, иногда с нами были олени, которых использовали для перевозки боеприпасов и раненых, собак никогда не брали — они лают, заразы. Причем мы ходили довольно далеко, к самому Рованиеми, и в такие дни, когда никакой немец воевать не будет. Ну, например, Новый год в 43-м и 44-м я встречал за линией фронта. Выходили числа двадцатого декабря, чтобы к Рождеству быть в глубоком тылу. Какой немец будет в Рождество воевать? А русские будут. Нападали на немецкие гарнизоны или опорные пункты, минировали дороги. Всегда соизмеряли свои силы, поэтому срывов было мало. Разведданные редко бывали достоверными: оказывалось, что опорный пункт совсем не такой простенький, как докладывала разведка, или гарнизон не пятьдесят, а двести человек. Это были очень трудные походы: и холодно, и боязно, и тяжело.
Попробуй почти три недели прожить на морозе в 20–30 градусов! То-то! Хотя мы были довольно хорошо одеты: валенки, стеганые штаны, маскхалат, тулуп, потом телогрейка, гимнастерка, тепловое байковое белье, а под ним еще и обыкновенное полотняное. Водку давали и кормили — 100 граммов хлеба в сутки на человека. Тушенка была американская. Вкусная зараза! Большая банка — в ней свиной жир, который можно было намазывать на хлеб, а в середине кусок мяса с кулак. В общем, голодными не были… сало, сухари. Даже коптилки были, так называемые „жми-дави“. Это такая баночка, типа консервной, в которой находился разведенный в спирту стеарин. Если зажечь эту смесь, она горит бесцветным пламенем. Можно было подогреть еду или вскипятить воду. Но чего спирт жечь-то — его пить надо! Поэтому вываливали в тряпочку и отжимали — граммов пятьдесят спирта получалось, а поскольку баночек давали несколько, то выпить можно было вполне прилично, хотя и противно, конечно, а оставшийся воск тоже горит... Много пленных старались не брать: с ними хлопот не оберешься. Желательно, конечно, офицеров, от солдата как «языка» толку мало. Пленные шли с нами на лыжах и даже тащили раненых. Лыжи у немцев были более удобные. У нас валенки и мягкие ременные крепления, а у них были «персы», то есть теплые ботики с загнутым носом, который вдевался под скобу на лыжах. Когда мы приходили, к нам присылали аэросани или оленьи упряжки, которые увозили пленных на допрос, а раненых — в госпиталь. Усталость была безмерная, чудовищная усталость, чудовищная…»
Объективности ради надо отметить, что оленей в боевых действиях использовали не только советские воины. Олени служили и финнам.
И немцам.
Но так системно и широко, как в Красной Армии, оленей не использовал никто. В России воздвигнуты 3 монумента в честь бойцов-оленеводов:
1. Первый в России памятник оленно-транспортным батальонам установлен 23 февраля 2012 года в городе Нарьян-Маре Ненецкого автомномного округа.
2. В августе 2015 года в деревне Новикбож в Республике Коми открыли памятник воинам-оленеводам Великой Отечественной.
3. 9 декабря 2020 у здания администрации Первомайского округа в Мурманске открыли мемориал «Подвигу бойцов оленно-транспортных батальонов - защитников Советского Заполярья в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов».
Неупомянутые источники: https://warspot.ru/10727-pomoschniki-santy-na-boevom-postu, http://www.saami.su/biblioteka/3-stati/145-olenetransportnye-podrazdeleniya.html, https://vk.com/wall-5608669_3442714, https://bolivar1958ds.mirtesen.ru/blog/43760000351/Oleni-v-RKKA-v-godyi-Velikoy-Otechestvennoy-voynyi, https://iremember.ru/memoirs/svyazisti/koryakin-uriy-ivanovich/