Нет ничего, что больше способствовало бы репутации отдельных людей или чести нации в целом, чем возведение и предоставление надлежащих зданий для приема тех, кто трудится в различных условиях бедствия. Таким образом, больные и несчастные освобождаются от страданий, связанных с желанием получить помощь, а другие освобождаются от страданий, связанных с их созерцанием.
Несомненно, что гений народа Англии сильно направлен на общественную благотворительность; и в такой благородной степени, что почти в каждой части этого великого и богатого города, а также во многих соседних деревнях мы встречаемся с большим разнообразием больниц, поддерживаемых щедрыми взносами частных семей, а также щедростью общественности. Одни для моряков, измотанных на службе своей стране, а другие для немощных солдат-инвалидов; некоторые для содержания разорившихся торговцев, а другие для их вдов и сирот; одни для служения тем, кто пребывает в утомительных смутах, а другие для тех, кто лишен разума.
Но при внимательном рассмотрении я нахожу, что есть один вид благотворительности, почти полностью игнорируемый, который, тем не менее, кажется мне настолько превосходным по своей природе, что в настоящее время он более востребован и лучше рассчитан на легкость, спокойствие и счастье всего этого королевства, чем какой-либо другой. Я имею в виду больницу для неизлечимых.
Я действительно должен признаться, что пожертвование такого рода оказалось бы очень большим и вечным расходом. Однако у меня нет ни малейшей уверенности в том, что я смогу эффективно убедить мир в том, что мой нынешний план создания такой больницы очень осуществим и должен быть очень желателен для каждого, кто действительно заботится об интересах своей страны или своих ближних.
Можно заметить, что, хотя тела человеческих существ поражаются бесконечным разнообразием расстройств, которые ускользают от власти медицины и часто оказываются неизлечимыми, все же их умы также переполнены равным разнообразием, которое никакое умение, никакая сила, никакое лекарство не могут изменить или исправить. И я думаю, что из уважения к общественному спокойствию и вознаграждению, а также к покою многих благочестивых и ценных семей, этот последний вид неизлечимых должен главным образом привлекать наше внимание и благотворительность.
Я считаю, что Больница для таких Неизлечимых будет повсеместно признана необходимой, если мы только рассмотрим, какое количество абсолютных неизлечимых болезней будет постоянно возникать в каждой профессии, звании и степени, которые в настоящее время являются только национальными жалобами и от которых у нас не может быть другого эффективного метода очистки королевства.
Например, пусть любой человек серьезно подумает, сколько неизлечимых дураков, неизлечимых мошенников, неизлечимых ругателей, неизлечимых писак (кроме меня), неизлечимых хлыщей, неизлечимых неверных, неизлечимых лжецов, неизлечимых шлюх во всех местах общественного отдыха, не говоря уже о неизлечимо тщеславных, неизлечимо завистливых, неизлечимо гордых, неизлечимо ранимых, неизлечимо дерзких и десяти тысячах других неизлечимых, о которых я должен по необходимости умолчать, чтобы не раздуть это эссе в том. И, без сомнения, каждый непредубежденный человек согласится с тем, что из простого христианского милосердия общественность должна быть максимально избавлена от этого беспокойного и невыносимого разнообразия неизлечимых болезней.
И во-первых, под наименованием неизлечимых дураков мы можем разумно ожидать, что такая больница будет снабжена значительным количеством студентов наших собственных университетов, которые в настоящее время представлены в различных профессиях в мире под почтенными титулами врачей, адвокатов и священнослужителей.
И, как те древние семинариях были, на протяжении нескольких лет, составляла чуть лучше чем в питомниках такого рода безнадежных, казалось бы весьма похвально, чтобы сделать какое-то положение о них; потому что это больше, чем вероятно, что, если они будут поддержаны свои собственные особые заслуги в различных призваниях, они должны обязательно приобрести, но очень равнодушны ремонт.
Я бы не хотел, чтобы меня здесь заподозрили в том, чтобы размышлять о каком-либо сословии людей, как если бы я думал, что небольшие выгоды от профессии любого искусства или науки всегда были несомненным признаком столь же малой степени понимания; ибо я признаюсь, что несколько склоняюсь к совершенно противоположному мнению, часто наблюдая, что в баре, на пульсе и за кафедрой те, у кого меньше всего знаний или здравого смысла, чтобы просить, обычно получают наибольшую долю продвижения по службе и прибыли: из которых можно привести много примеров.; но общественность, похоже, не хочет быть убежденной в этом конкретном.