Абсолютный слух – понятие относительно новое (простите за каламбур). О нем начали писать и говорить лишь с конца XIX века. И тут перед нами встаёт вопрос: либо абсолютный слух существовал всегда, и только развитие психологии позволило нам определить его существование, либо же до этого времени он был… не нужен.
Важно понимать, что определенный стандарт настройки инструментов по высоте существовал далеко не всегда. А абсолютники ориентируются именно на эталонную общепринятую высоту каждого тона. Однако есть свидетельства фольклористов о точности хорового унисона в народных культурах в контексте их пения с высотной неупорядоченностью. Возможно, эти народные певцы обладали возможностью эйдетически (фотографически) запоминать и воспроизводить напевы. В более поздние эпохи такая эйдетическая память на звуки была необходима и в хоровом пении.
Сейчас же современная обстановка в музыкальном мире играет на руку в развитии абсолютного слуха. Абсолютники имеют преимущество перед остальными (как это ни печально и несправедливо). И это преимущество уже начинает проявляться с момента отбора в музыкальную школу. Со своей преподавательской колокольни замечу, что мне очень больно смотреть на то, как абсолютники пишут сложнейшие диктанты левой ногой, а их товарищи трудятся над каждым тактом. Психолог А. Соловьев указал на число абсолютников, достигающее 80% среди высокопрофессиональных музыкантов (скорее всего, исследователь учитывал и обладателей псевдоабсолютного слуха).
А что же дает музыканту абсолютный слух, кроме способности называть ноты?
1. Абсолютники могут более тонко воспринимать различия между высотами, более точно контролируют строй (настройку). Контроль высот очень важен при исполнении внетональной авангардной музыки, где нет центрального тона, на который можно опереться. Такие способности очень важны для дирижеров, композиторов и исполнителей для игры на инструментах с нефиксированным строем.
2. Считается, что объем запоминаемой музыки у абсолютников в 8-9 раз больше (с недоверием хмурю брови…)
3. Часто абсолютникам трудно транспонировать музыку в другую тональность (спеть/сыграть то же самое, но повыше или пониже). Такая смена высоты равносильна разрушению всего художественного строя. Просто катастрофа.
Композитор Игорь Стравинский справедливо отмечал: «Для меня важно запомнить абстрактную высоту музыки при первом ей появлении: если я транспонирую её по какой-либо причине, я рискую потерять свежесть первого соприкосновения с ней и столкнуться с трудностью в восстановлении её привлекальности».
Так что такая способность может стать «проклятием» для аккомпаниаторов-концертмейстеров, которым приходится транспонировать все, что они играют на высоту, удобную для певца. Да и самим певцам абсолютникам сложно петь на иной, хотя и более комфортной для них высоте.
Можно ли потерять абсолютный слух?
Возможно, я недостаточно осведомлена, но таких случаев лично не встречала. Однако в моём багаже разговоров со старшими коллегами есть история об одном мальчике. Этот мальчик учился на скрипача в Центральной музыкальной школе и обладал восхитительным абсолютным слухом. Он мог называть все звуки по порядку в случайном многозвучии, был способен быстро писать сложнейшие диктанты. Но однажды заболел гриппом с сильными осложнениями. А когда после болезни он наконец пришёл на сольфеджио – он более не мог назвать ни одной ноты. Абсолютный слух пропал совсем. А для абсолютника, привыкшего ходу называть ноты без сравнения одной с другой, это равносильно утрате возможности ходить. Теперь ему пришлось жить в новом мире отнолительного слуха, учиться слушать по-новому. Дальнейшая история мне неизвестна, но, надеюсь, что у него все сложилось хорошо.
—————————————————————————————————————
Читайте другие статьи нашего цикла: “«Неабсолютный» абсолютный слух.”
—————————————————————————————————————
Подписываетесь на канал, ставьте 👍, если вам понравилось, а также будем признательны за рассылку наших статей вашим друзьям и близким. Нам — продвижение, вам — качественный контент. 😊