Когда немецкие войска начали подходить к Белгороду, в городе началась эвакуация. Многие местные жители, кто имел возможность, покидали родной город и уезжали на восток. Среди тех, кто организовывал эвакуацию из Белгорода, был директор школы, в которой учителем немецкого языка работал Степан Лукич Самойленко - выходец из немецкого Поволжья, родившийся и выросший среди немецких колонистов, там же жили его родители.
Беспокоясь о кадрах, директор школы вызвал к себе Степана Лукича и предложил ему свою помощь в эвакуации, на что получил ответ, что никуда учитель немецкого уезжать не собирается, а учить детей надо при любой власти. А потому он со своей супругой, также учителем по профессии, остаются в Белгороде (шестилетнего сына Степан Лукич отправил к своим родителям в Поволжье еще в самом начале войны). Директор был возмущен этим отказом, но…
Многие коллеги и соседи, которым стал известен этот разговор от директора школы, начали коситься на Самойленко, но тот на это никак не реагировал.
Пришли немцы.
В первый же день оккупации С.Л. Самойленко, как ни в чем ни бывало отправился на работу, но в школу попасть не сумел Здание школы превратили в казарму какой-то воинской части. Самойленко вернулся домой, а вскоре его вызвали в немецкую комендатуру. Здесь штурмфюрер предложил Самойленко сотрудничать с новой властью. На это Степан Лукич ответил, что он учитель и его задача учить детей.
В ответ штурмфюрер сообщил, что позиция нейтралитета и выжидания, чья возьмет, которую занял Самойленко, при новой власти не пройдет.
После этого штурмфюрер сообщил, что ему нравится немецкий язык и биография Самойленко, которые говорят, что Степан Лукич рос и воспитывался в истинно немецкой среде, среди колонистов Поволжья. После чего последовало ультимативное заявление, что С.Л. Самойлено назначается директором школы. Программы для учащихся ему дадут. А по совместительству он будет работать переводчиком при комендатуре и в некоторых других немецких учреждениях.
Сутки спустя радисты абвергруппы при штабе 39-го немецкого корпуса перехватили радиограмму следующего содержания: «Дон, я Хорол. Ухожу на запад по первому варианту. Дорога безопасна. Жду указаний».
Это было сообщение от Степана Лукича Самойленко в Особый отдел Юго-Западного фронта, что его внедрение в структуры немецкой оккупационной власти прошло успешно.
(Источник: М.А. Белоусов)