⠀Любовь. (Повод поставить мне лайк)
⠀Мы забыли, что это такое. У меня даже возникает мысль, что никогда и не знали.
⠀Я гуляю по истории человечества, заглядываю к гениям, философам, знаменитым мерзавцам и известным мученикам и не могу найти то место, где закончилась любовь. Может её и не было? От сотворения мира нет ни одной истории, где бы герой не хотел всё переделать на свой лад.
⠀Вот я 33 года назад, мне 8 лет. Спрашиваю у мамы: «Ты зачем меня родила?» Говорит, что бабушка отговорила делать аборт. Вот почему. А зачем - не знает. Мамины родители тоже не знают, зачем они рожали. Я не верю в теорию того, что нужна была рабочая сила в колхозе. Рабочая сила всегда нужна, только чтобы кормить рабочую силу. Этого не видно, если не думать и постоянно повторять, что так было надо.
⠀Есть тут кто живой? Какой-нибудь человек, который не хочет ничего менять в себе, чтобы что-то получить за это? Который не хочет менять других, чтобы сделать себе хорошо? Кто-нибудь в этом мире умеет не страдать?
⠀Есть такое слово — эгоизм. Это когда человек хочет получить удовольствие или удовлетворение своих желаний за счёт другого человека или любого другого проявления природы. Мы утонули в своём эгоизме по самые гланды, мы не слышим друг друга, заглушая всё вокруг своими желаниями менять внешнее. Нам не нужно то, что есть, нам обязательно нужно то, чего нет.
⠀Внутри каждого из нас творится свой личный Нюрнбергский процесс. Каждый отвечает за этот фашизм к бытию, существуя только в погоне за завтра. Не осуждать Бога, без суда над собой, не получится. Все хотят чуточку прогнуть реальность под себя, чтобы хапнуть дозу кайфа. Но никому не получить его просто так, не отщипнув от себя ничего. Физика этого не допустит.
⠀Потому что Любовь — это плод непорочного зачатия. Сотворить её можно только самому и только за свой счёт.
⠀А что, если любовь — это то, что может возникнуть только в 21 веке?
⠀В галерее ниже письмо женщины, которая сошла с ума. Этот псих живёт среди нас. Этот псих мы с вами и есть. Бешеное и голодное существо, готовое на всё, лишь бы утолить жажду за чужой счёт. Даже если цена — страдания собственного ребёнка.