До Олимпиады 1972 года советские лыжники еще не выигрывали личное золото в лыжных гонках. И вот, сразу две медали - победа советского лыжника Вячеслава Веденина. А на следующее утро выходят японские газеты с заголовком "Советский лыжник сказал волшебное слово "дахусим" и выиграл Олимпиаду".
На самом деле понятно, что наш соотечественник просто сматерился. Но здесь важен контекст. Перед стартом в лыжной гонке в 30 километров повалил густой и липкий снег. Веденину достался 54 номер из 64. Практически все его соперники уже стартовали (гонки с раздельным стартом). Тогда наш лыжник стал обрабатывать лыжи специальным средством, на что и обратил внимание японский корреспондент.
Японец подошел к лыжнику и спросил, как тот собирается бежать в такую погоду? Веденин лишь ответил "да ху с им", но по-русски и действительно выиграл гонку. Это была первая золотая медаль. Правда на дистанции в 50 километров смазка для лыж уже не помогла и Веденин взял только бронзу. Но оставался еще забег на 10 километров.
В победу уже никто не верил. В командной эстафете наша сборная сильно отставала. Тренеры сборной Владимир Кузин и Венедикт Каменский собрали рации и ушли с трассы. Ушли и советские репортеры. Это сильно задело Веденина, и он решил победить во что бы то ни стало.
Перед стартом столкнулся с тренерами. Плоская бутылка коньяка, отхлебывают из горла: "Слава, второе место — тоже место!" (Из воспоминаний Вячеслава Веденина)
Как это сделать? Проявить смекалку! Веденин притворился, что даже не претендует на победу. Поздравил норвежского лыжника Йохса Харвикена с золотой медалью, а потом, прямо при нем, начал очень густо мазать свои лыжи смазкой. Правда погода никакой дополнительной смазки не требовала.
На самом деле Веденин только делал вид, что мажет лыжи. А сам держал тюбик в сантиметре от них и водил по поверхности сухим пальцем. Норвежцы решили, что русские узнали об изменении погоды и тоже перемазали лыжи своему фавориту Харвикену. А ведь тот уже имел преимущество в одну минуту и восемь секунд.
В результате на дистанции лыжи норвежца просто не ехали и ему приходилось прилагать намного больше усилий в гонке. Веденин перегнал соперника за полтора километра до финиша. Дальше Харвикен просто сломался психологически и уже не пытался вернуть себе первенство.
Самое обидное для нашего лыжника было лишь то, что на трибуне практически не осталось болельщиков из России. Все они давно разошлись не веря в успех. Лишь находившиеся недалеко советские биатлонисты сообщили лыжному штабу об успехе.
Тренеры и специалисты кинулись на место, но застали лишь момент, когда трибуна взорвалась аплодисментами советскому лыжнику.
Корреспонденты следом потянулись. Ни одной фотографии моей не сохранилось с этой гонки, ни одного интервью. Мне так обидно стало! Как же можно не верить в русского лыжника! Тренерам я потом высказал. Каменский губу прикусил. А Кузин заплакал. (Из воспоминаний Вячеслава Веденина)
Соревнования, кстати, проходили в Японии в Саппоро. Говорят, что после них к нему подошел мэр Саппоро Йосаку Харада, и сказал: «Я понял, почему мы проиграли русско-японскую войну. Потому что в Советском Союзе есть такие люди, как вы, мистер Веденин»